ВОСПОМИНАНИЯ.
ВОСПОМИНАНИЯ. Оглядываясь назад, на пройденный жизненный путь, я вспоминаю некоторые события с особым трепетом и ощущением живого присутствия Бога. Об одном из них и хочу рассказать сейчас… Наша молодая семья, с момента своего появления, старалась провести хотя бы несколько летних недель у моих родителей — иерея Стефана и матушки Анны. Они жили в собственном доме почти на самом берегу Днепра. В этот уютный уголок, согретый папиным и маминым теплом, и стремились попасть мы — сначала вдвоем с супругом — отцом Георгием, а затем — и вместе со всеми нашими детьми. Мой муж обычно привозил нас, был с нами несколько дней и затем уезжал обратно служить на своем приходе, а я с детьми оставалась у родителей почти на все лето. Здесь мы по-настоящему отдыхали и наполнялись. Этому способствовали не только свежие овощи с маминого огорода и сочные фрукты, которые, как и вкуснейший виноград, несмотря на свою тяжелую инвалидность, выращивал папа. Нас исцеляла сама атмосфера этого места. И ее, кстати, чувствовали не только мы. К родителям всегда приходили люди — прихожане их храма, папины духовные чада, мамины подруги. Они шли получить утешение и совет от батюшки, его молитвенную поддержку и, конечно же, отведать вкусной матушкиной еды, которую она готовила много и с любовью. И вот в один из наших приездов вся эта идиллия рухнула в одночасье. Моему среднему ребенку — Коле — был всего годик. И этот годовалый малыш — который, кстати, достался нам с мужем очень дорогой ценой и уже успел побывать на грани жизни и смерти — этот малыш снова серьезно заболел! Сначала у него началась гнойная ангина, с которой его положили в инфекционное отделение. От нее Колю вроде бы вылечили, он пошел на поправку, и нас отпустили домой. Но вскоре на неокрепший организм села еще более коварная инфекция — синегнойная палочка. И сын снова попал в больницу. Ребенок таял на глазах, а врачи ничего не могли сделать. Спустя две недели на больничной койке лежал сильно исхудавший малыш, который угасал с каждой минутой. Нас охватило отчаяние. Мы стали просить молитв у всех, кого знали. Мой папа наложил на себя строгий пост, постоянно читал акафисты. А потом, в один из дней, позвонил рукоположившему его владыке Иринею и попросил у него помолиться об исцелении малыша. Мы все ощутили ту огромную силу, с которой молился владыка. В тот день, когда он совершал литургию — это было через сутки после папиного звонка — Коля внезапно и стремительно пошел на поправку. Запредельно высокая температура, которая до того держалась несколько дней, спала, и наконец ребенок смог принять пищу. Больше ему не становилось хуже, и вскоре врачи отпустили нас домой. За те мучительно долгие две недели, которые тогда мне показались настоящим адом, я испытала самые разнообразные чувства — от ропота и уныния до радости и даже какой-то эйфории. Периодически во мне зрело дерзкое вопрошание к Богу, и вместо смиренной молитвы я внутренне повторяла: «Что же это такое? Почему? За что?». Ослепленная своими чувствами, я не понимала, что нельзя именно так ставить вопрос, что это только истощит меня духовно и никакой пользы мне не принесет — ни лично мне, ни моим отношениям с Творцом. Когда эти эмоциональные качели остановились, ко мне пришли тихая благодарность Богу, принятие ситуации и твердое знание, что все наши жизненные испытания Господь посылает нам для того, чтобы укрепить нас духовно. И в любую трудную минуту вместо роптания и упреков необходимо не у Бога, а у себя — и только себя — спросить: «Вследствие чего это произошло со мной? Правильно ли я живу и что не так с моим духовным состоянием?». Тот давний случай с моим сыном подарил мне бесценный опыт. Как только я перестала роптать и искать виновных вне себя, все происходящее стало восприниматься по-другому! Без сомнения, тяжело переносить любые испытания и скорби, но нужно во всем, что с нами происходит, видеть мудрую отеческую руку живого любящего Бога, которые стремится изменить нас ради нашего же спасения.