(Лк. 1, 5–25)
(Лк. 1, 5–25) Евангелист Лука начинает свой рассказ с упоминания иудейского царя Ирода Великого, что дает нам представление о времени описываемых событий: Во дни Ирода, царя Иудейского, был священник из Авиевой чреды, именем Захария, и жена его из рода Ааронова, имя ей Елисавета (Лк. 1, 5). В Иерусалимском храме жрецами, или священниками, могли быть только потомки Аарона из племени Левия. Любой мужчина из этого рода, не имевший физических недостатков, имел право служить в храме. Главной обязанностью священников было совершение жертвоприношений, а также других церемониальных действий храмового богослужения. Поскольку священников было очень много (некоторые источники указывают на цифру 20 000), то все они были разделены на череды, или как бы мы сейчас сказали – смены. Череда Авия была восьмой из двадцати четырех в списке смен храма. Жена Захарии – Елисавета тоже принадлежала к священническому роду Аарона и была родственницей Девы Марии. И Захария, и Елисавета, по замечанию Луки, были праведны пред Богом (Лк. 1, 6), но оставались бездетны. Блаженный Феофилакт пишет: «Жены праведников и сами праведные часто были бездетны, чтобы ты познал, что закон требует многочадия не плотского, а духовного». Поскольку священников было очень много, то такое великое событие, как воскурение благовоний на жертвеннике храма, могло произойти только раз в жизни. Выбор священника совершался по жребию. Жертвенник, о котором идет речь, располагался в помещении, закрытом для простых людей и называемом «Святая», куда мог входить только священник. Еще один жертвенник находился в месте под названием «Святая святых», но туда мог входить только первосвященник (и только в день искупления). Именно там, в святом месте, когда по жребию, как обыкновенно было у священников, досталось ему войти в храм Господень для каждения (Лк. 1, 9), и произошло чудесное явление ангела священнику. Для Захарии это был самый великий момент его жизни: он вошел во Святая, чтобы совершить каждение и вознести свою молитву о самом важном для него и его жены – даровании сына. И свидетельствовал ангел: не бойся, Захария, ибо услышана молитва твоя (Лк. 1, 13). Захария слышит исполненное для него радости пророчество, что его супруга, уже в преклонных годах, естественным и все же чудесным образом понесет сына. И Бог Сам нарекает имя Своему будущему пророку – Иоанн, что в переводе с еврейского означает «Бог милостив». Он будет велик пред Господом; не будет пить вина и сикера, и Духа Святого исполнится еще от чрева матери своей; и многих из сынов Израилевых обратит к Господу Богу их; и предыдет пред Ним в духе и силе Илии, чтобы возвратить сердца отцов детям, и непокоривым образ мыслей праведников, дабы представить Господу народ приготовленный (Лк. 1, 15–17). Александр Павлович Лопухин пишет: «...в* духе и силе Илии*. Иоанн будет действовать в еврейском народе с такой же ревностью о Боге и силой одушевления, с какой некогда действовал среди своих современников величайший пророк Илия. Это, впрочем, не относится к творению чудес, так как известно, что Иоанн чудес не творил». Евангелист не делает из Захарии героя веры, чтобы приукрасить свой рассказ. Напротив, он описывает состояние смущения и недоверия. Захария требует от ангела чего-то наподобие знака, чтобы он мог поверить: по чему я узнаю это? ибо я стар, и жена моя в летах преклонных (Лк. 1, 18). Как мы видим, знак Захарии дается, но в нем присутствует и элемент наказания: и вот, ты будешь молчать и не будешь иметь возможности говорить до того дня, как это сбудется, за то, что ты не поверил словам моим, которые сбудутся в свое время (Лк. 1, 20). ➡️ (продолжение следует)