Про Францию
Про Францию Мне кажется, что на этой неделе Франция репетирует не революцию, а "Майдан" после выборов в пользу Ле Пен. Т.е. я бы предложил посмотреть на происходящее через президентские выборы 2027 года. По октябрьским опросам, Марин Ле Пен уверенно возглавляет рейтинги первого тура. В зависимости от состава кандидатов за ней следует группа политиков, среди которых Меланшон, Филипп и Глюксман. Франция уверенно движется к выборам, на которых вполне возможна смена всей политической конструкции последних десятилетий. И сценарий в том, что, если избиратель проголосует за правых, то значительная часть политически активной улицы вероятней всего откажется признавать их право управлять страной. И это уже не теория, а вполне социология. Еще летом французский исследовательский центр Fondapol (https://www.fondapol.org/etude/18-avril-et-2-mai-2027-lelection-presidentielle-le-tourment-francais/) опубликовал результаты, что 20% опрошенных одобряют позицию политиков, которые заявляют о готовности не признать победу кандидата «Национального объединения». А среди сторонников партии Меланшона таких уже 54%. Понимаете, о чём речь? Для значительной части французских левых демократический результат оказывается легитимным только в том случае, если он соответствует их представлениям о допустимой власти. Если же побеждает Ле Пен, то можно объявить её победу формально законной, но политически недопустимой. А дальше появляется французская улица. И мне кажется, нынешние протесты показывают, насколько мощным политическим инструментом она может стать. Причём не обязательно предполагать, что существует какой-то единый штаб, который финансирует погромы и раздаёт инструкции. Доказательств такой схемы пока нет. Более того, действующее французское правительство само обвиняет ультралевых в организации насилия. Но! Для превращения протестов в инструмент политического давления единый заказчик вообще не обязателен. Нужны организованные активисты, политические структуры, готовые их поддерживать и достаточно большая часть общества, которая считает собственные убеждения выше результатов голосования. И это всё во Франции уже присутствует и бурлит. По сути, мы наблюдаем формирование механизма уличного вето на результаты будущих выборов. Сначала протесты против вполне конкретных социальных проблем. Потом консолидация активистов. Затем политическая мобилизация вокруг угрозы прихода правых к власти. А если правые действительно побеждают, то уличная инфраструктура уже существует. Её не нужно собирать с нуля. Именно поэтому сравнение с «Майданом», при всех различиях французской и украинской ситуаций, становится политически близким. Речь не об обычном праве граждан протестовать. Оно является частью демократии. Речь о ситуации, когда протест начинает претендовать на право отменить или заблокировать демократический переход власти. Для европейского политического истеблишмента выбор будет между: защищать политический "майдан", который разрушает саму основу "престолонаследия" центристских элит, или же защищать эту демократическую процедуру, которая способна привести к власти их идеологических противников. И я совершенно не уверен, что для всех европейских политиков второй вариант окажется предпочтительнее. Тут ведь главный вопрос даже не в Ле Пен. Если выборы перестают быть окончательным способом определения власти, то сама демократическая система начинает терять свой смысл. Всё "престолонаследие" и вялое перетекание одних оттенков центра в другие, при сохранении "консенсуса" и "генеральной линии" - перестает работать. Потому что тогда любая достаточно организованная политическая сила сможет заявить: результаты нам не нравятся, значит, будем решать вопрос на улицах. Для европейских элит - это допустимо на периферии Европы, но не в сердце континента. Но похоже джин уже вырвался из бутылки и "майданы" пройдут вихрем по Европе. Ничего хорошего в этом нет. Нестабильная Европа - это опасный сосед.