Мне 51. Три недели назад отвёз дочь на учёбу в Екатеринбург, пять часов на машине, обще...
Мне 51. Три недели назад отвёз дочь на учёбу в Екатеринбург, пять часов на машине, общежитие, коробки, всё как у всех. Растил её один с её девяти лет. Первую неделю было нормально: работа, дела, она звонила по вечерам. А вчера пришёл домой, открыл холодильник, а там стоит её йогурт с малиной. Тот самый, который я покупал ей одиннадцать лет подряд и который сам ни разу не ел. Срок до понедельника. Сел на кухне и понял, что не знаю, что с ним делать. Выбросить рука не поднимается, съесть тоже как-то не то... Тут она звонит. Спрашивает, чего ты, пап. Я говорю, ничего, устал. Она говорит: пап, я тебя знаю, ты сидишь на кухне. Я говорю: сижу. Она помолчала и говорит: открывай мой йогурт, я себе здесь купила такой же, будем есть вместе. И мы минут десять сидели на громкой связи и ели эти йогурты. Она рассказывала про соседку по комнате, которая умудряется варить гречку в чайнике, про пары, про какую-то девочку из Челябинска. Потом сказала: «Ладно, пап, мне завтра рано» — и отключилась. А я ещё минут двадцать сидел на кухне с пустой баночкой. Вот вроде для этого детей и растим — чтобы однажды они уехали жить свою жизнь. А когда это наконец происходит, оказывается, что к этому вообще невозможно подготовиться.