Коробка из-под ботинок стоит на верхней полке моего кабинета с тех пор, как я пришёл в ...
Коробка из-под ботинок стоит на верхней полке моего кабинета с тех пор, как я пришёл в эту школу. На крышке чёрным маркером: «Для Серёжи Власова. Отдать, когда придёт». Прежний психолог, Нина Павловна, давно на пенсии, уехала к дочери и телефона не оставила. ⠀ Три года я вытирал с коробки пыль и не открывал: чужое. Вчера, в конце четверти, ко мне привели семиклассника Макара: тройки, молчит, в глаза не смотрит. Следом зашёл отец и остановился у шкафа. «Власов Сергей, - сказал он. - Это моя коробка». Я снял её с полки и поставил на стол, руки почему-то дрожали. Внутри лежали рисунки: машины, корабли, чья-то собака, тридцать листов, подписанных одним и тем же «С.В.». Сверху записка аккуратным учительским почерком: «Серёжа, ты думал, что рисуешь плохо. Я хранила каждый лист, потому что это было лучшее, что приносили в этот кабинет». ⠀ Сергей прочитал её дважды и закрыл глаза ладонью. Потом рассказал, что в девятом классе ходил к Нине Павловне после уроков: дома было шумно, а в кабинете можно было молчать и рисовать. Я налил ему воды. Макар разглядывал корабли и молчал уже по-другому. Он тронул отца за рукав: «Пап, а мне нарисуешь такой корабль?»