Падение цен на нефть из ХМАО запустило новую войну скидок за китайский рынок — 9 июля 2026 г. в 07:00:10.285
Падение цен на нефть из ХМАО запустило новую войну скидок за китайский рынок Нефтяная отрасль вошла в фазу турбулентности. Цены колеблются ежедневно на фоне заявлений США и Ирана. Urals держится на 50 долларах, но в портах падает до 40 долларов. При этом страны ОПЕК+ продолжают наращивать добычу. Мировая конъюнктура резко ухудшилась после весеннего взлета цен на нефть Urals на фоне конфликта на Ближнем Востоке. В начале июля стоимость российских углеводородов откатилась к январским значениям, когда, собственно, накалялось противостояние США и Ирана. Пока нефть марки Brent торгуется по 72,8 долларов за баррель. Причем 7 июля нефть вернулась к росту из-за опасений по сохранению доверенностей по перемирию. Нефть марки Urals, которая опустилась накануне до 50,9 долларов за бочку, тоже подросла до 52,46 долларов. Однако это значение ниже февральских показателей, устремленное, скорее, к ценам января. По данным Bloomberg со ссылкой на данные Argus Media, в западных портах российское сырье упало до 41,66 долларов за бочку. По мнению редактора отраслевого издания «Нефть и Капитал» Владимира Бобылева, сегодня поставщики российской нефти сталкиваются с серьезным давлением со стороны азиатских импортеров. Так, за рынок Китая разворачивается соперничество между поставщиками нефти из РФ и Ирана. Напомним, что Китай считается одним из главных покупателей югорской нефти. Еще один важный момент — это решение ОПЕК+ в условиях избытка сырья продолжить плановое увеличение добычи. Квоты с августа расширили в среднем на 188 тысяч баррелей в сутки. По словам Владимира Бобылева, логику стран ОПЕК+ понять можно. Во многом их решению способствует нестабильность в Ормузском проливе. Даже если не брать в расчет словесные интервенции о его открытии или закрытии и связанные с этим скачки цен, фактически пролив до сих пор не функционирует в прежнем докризисном режиме. Эксперт поясняет, что проблема не только в цене, но и в долях рынка. Те страны, которые подвержены ограничениям, их не пускают на нефтяной рынок. Следовательно, они недополучают средства, и их долю рынка занимает кто-то другой. И тут проблема в постоянном балансе: с одной стороны — сократить добычу для удержания цен, с другой стороны — не потерять своей доли рынка. Для Югры, чей окружной бюджет напрямую зависит от налогов на прибыль организаций, этот сценарий несет серьезные вызовы. Апрельская отчетность уже зафиксировала падение сальдированной прибыли предприятий, занятых в добыче полезных ископаемых, на 29,8% за месяц — показатель просел с 590,397 млрд до 414,492 млрд рублей. При этом Владимир Бобылев считает, что положение у нефтегаза ХМАО довольно стабильное. В прошлом году отрасль работала в условиях куда более жесткого дефицита доходов, но смогла выстоять. По итогу за первый квартал полностью перекрыты убытки аналогичного периода прошлого года. Текущие 50 долларов за баррель Urals — это хоть и стрессовая цена для компаний, но она рабочая. При ней можно сохранять рентабельность добычи на действующих месторождениях. При этом среди основных расходов у нефтегазовых компаний в настоящее время остаются предоставление дисконта покупателям и высокая стоимость логистики — фрахт и страховка судов. Расходы растут, поскольку борьба с теневым флотом продолжается: танкеры, перевозящие российскую нефть, по-прежнему пытаются захватывать или ограничивать их навигационные возможности. Тем не менее, нынешние условия пока еще позволяют югорским нефтяникам продолжать вести полноценную деятельность. К тому же, компании явно адаптировали свои бюджеты к форс-мажорам по опыту прошлого года. Развернуть цены вверх теперь могут только новые факторы, например, срыв американо-иранских договоренностей. Без этого рынок медленно продолжит идти вниз, в ожидании, когда страны-импортеры начнут заполнять свои хранилища. И это еще хоть как-то удержит стоимость углеводородов на нынешних и прошлогодних значениях. (с) Муксун fm