Но нужно отдавать себе отчёт в том, что наш зритель и читатель, которого полвека воспит...
Но нужно отдавать себе отчёт в том, что наш зритель и читатель, которого полвека воспитывали в духе гедонистического пацифизма, не всегда готов принять нынешнюю жёсткую, подчас кровавую реальность. Поэтому нашей литературе и искусству предстоит освоение, осмысление и отображение боевых действий и тех социально-нравственных мутаций, которые привели к появлению агрессивного нацистского государства на Украине. И это будет неприятное, шоковое знание. – Каким, по Вашему мнению, является герой нашего времени в литературе и в жизни? – Сделаю небольшое литературоведческое отступление. Герой своего времени и положительный герой не одно и то же. Положительный герой – это, скорее, прерогатива литературы житийной (Пётр и Феврония из жития святых, Павка Корчагин из романа «Как закалялась сталь» Николая Островского), романтической (Мцыри из поэмы Михаила Лермонтова, Овод из романа Этель Войнич, Данко из рассказа «Старуха Изергиль» Максима Горького) или детско-юношеской (Саня Григорьев из романа «Два капитана» Вениамина Каверина, Тимур с командой из повести Аркадия Гайдара). А во «взрослом» искусстве даже симпатичный персонаж неоднозначен, двойственен (в чём-то — положительный, в чём-то отрицательный), как например: Печорин, Базаров, Обломов, Нехлюдов, Мелехов… Да взять хотя бы героя моего романа «Замыслил я побег…» Башмакова. Я и сам не знаю, положительный он или отрицательный. Вроде и человек неплохой. А толку? По мнению критиков, именно из-за таких вот эскейперов – беглецов от реальной жизни, не способных выбрать между двумя женщинами, между двумя социальными системами, между добром и злом, рухнула великая Советская цивилизация. Но тогда получается, Башмаков – такой же значимый исторический типаж, как «лишние люди», «новые люди», «люди в кожанках»? Наверное… А дальше – внимание! Выходит, для тех, кто считал советский проект благом, мой бедный Башмаков – герой отрицательный. А для тех, кому красный проект не по душе, он сугубо положительный. Вот такая катавасия… Мне кажется, новым героем нашего времени, а также положительным персонажем литературы (театра и кино, ибо эти виды искусства производные от словесности) будет человек, прошедший горнило СВО. Эту мысль я высказал ещё весной 2022 года и за прошедшее время в ней только укрепился. Мы в известной степени, но на ином витке повторим опыт послевоенной истории и литературы Великого Подвига. Напомню, что стремительным восстановлением страны после нашествия фашистов и мощным рывком вперёд во всех сферах мы во многом обязаны фронтовикам, после войны пришедшим сначала в низовые и средние звенья руководства, а потом и в высшие. Я хорошо помню это фронтовое братство и трудовое соратничество могучих людей с орденскими планками на груди. Они на три десятилетия оздоровили советскую номенклатуру. Это был отнюдь не тайный, а явный орден рыцарей Победы. И вовсе не случайно кризис советского проекта совпал с естественным уходом фронтовиков из жизни и социально активной сферы. Уход некоторых знаковых фигур стал потерей вариантов развития страны. Я имею в виду, например, странную гибель руководителя советской Белоруссии Петра Машерова – одного из главных претендентов на должность Председателя Совета министров СССР. К слову, именно герои военной прозы Бондарева, Воробьёва, Кондратьева, Курочкина, Симонова, Шолохова и многих других писателей фронтового поколения стали, безусловно, положительными героями отечественной литературы второй половины 20-го века. Сей факт признают даже те, кого воротит от одного упоминания про социалистический реализм. Это потом нашу словесность заполонили фанаты «Утиной охоты» (пьеса Александра Вампилова), страдающие, не зная, что делать: влюбиться, уволиться или застрелиться… Я жду нового героя литературы, рождённого испытаниями и целями войны за Донбасс, за Русский мир. Люди, рисковавшие жизнью во имя Родины, «за други своя», поправшие смерть, обладают особым нравственным и гражданским опытом, у них совсем другая шкала ценностей и степень ответственности. Именно таких