Они расплатились и вышли на улицу. Ольга Ивановна рассеяно погладила пса по голове.
Они расплатились и вышли на улицу. Ольга Ивановна рассеяно погладила пса по голове. — Что бы я без тебя делала? Чарли лизнул её в ладонь. По дороге домой она жаловалась ему на дочь: — Чарлик, видишь это окно? — она остановилась и показала рукой. — Там моя Марина живёт. Помнишь её? Я ведь специально ей здесь квартиру купила, чтобы рядом была. А она даже носа не кажет... Вот отец придёт, я ему всё расскажу. Он ей объяснит... Чарли шёл рядом, обнюхивая дорогу. Этот монолог он знал наизусть. Женщина повторяла его почти каждый день. Он даже знал, что Марина уже пять лет как уехала с мужем в соседний город, и что никакой квартиры в этом доме у неё не было. Но сказать об этом Чарли не мог, поэтому просто тянул хозяйку дальше. А Ольга Ивановна каждый раз останавливалась, смотрела на окна и вздыхала. Телефон зазвонил уже дома, когда женщина складывала в собачью миску куриные лапы. Чарли внимательно следил, чтобы лап было ровно десять, и с нетерпением вилял хвостом. — Марина звонит... легка на помине. Пёс поднял голову и прислушался. — Алло, доченька. — Мам, привет. Как ты? — Хорошо. Только что из магазина пришли. Я вот тебя вспоминала. Совсем ты про меня забыла. — Мам, я тебе каждый день звоню. Не преувеличивай. Ты поела сегодня? — Конечно, поела. Сегодня суп варила, мы с Чарликом поели. Пёс наклонил голову и с укоризной посмотрел на неё. — Хорошо. А таблетки выпила? — Выпила, конечно! Ты думаешь, мать твоя совсем старуха? — Мам, я просто спрашиваю. — Лучше скажи, когда покажешься. А то я уже забыла, как ты выглядишь. — На этой неделе не смогу. На следующей возьму пару дней за свой счёт, постараюсь приехать. — Ты только обещаешь, — проворчала мать. — Я приеду, мам. — Хорошо, буду ждать... Ольга Ивановна вздохнула и положила трубку. Некоторое время она сидела молча. Потом посмотрела на Чарли. — Видишь, до чего дожили. Тут идти два шага, а она ехать собралась. ***** На следующее утро всё началось, как обычно. Они вышли из дома. День был хмурый, но ещё по-осеннему тёплый. Чарли, как всегда, потянул вперёд, обнюхивая знакомые кусты. Ольга Ивановна шла за ним, не глядя по сторонам. — Чарлик, а куда мы идём? — вдруг спросила она. — Нам же в другую сторону. Она решительно развернулась и пошла в обратном направлении. Пёс с недоумением посмотрел на неё, но подчинился и пошёл следом. Они шли довольно долго. Наконец набрели на магазин. Он был той же сети, но в другом квартале. Чарли сел и уставился на женщину, как бы спрашивая: «Нам точно сюда?» Ольга Ивановна замешкалась, но всё-таки вошла. Здесь было всё немного по-другому. Дорогу им сразу перегородил охранник: — С животными нельзя. — Да как же? Мы всегда с Чарликом сюда ходим, — попыталась возразить женщина. — Не знаю, куда вы ходите, я вас впервые вижу. Тем более, он у вас без намордника. — Да он у меня добрый... Она пыталась уговорить мужчину, но тот был непреклонен: — Собаку оставляйте на улице. Делать нечего. Ольга Ивановна вышла и привязала пса к перилам: — Жди меня здесь, я быстро. Чарли заскулил, когда она уходила, беспокойно заёрзал на месте, но сделать ничего не мог. Она решительно вошла в зал. Но по мере того, как она проходила вглубь, её решимость падала. Ольга Ивановна просто не могла вспомнить, что ей здесь нужно. Она покружила по магазину десять минут и вышла наружу, ничего не купив. Чарли с сочувствием смотрел на неё. Женщина присела, обняла его за голову. — Я совершенно не могу без тебя ничего купить, — призналась она, чуть не плача. Пёс лизнул её в щёку. — Пойдём домой, — сказала она устало. Услышав слово «домой», Чарли дёрнул поводок и уверенно повёл её по улице. Они шли по незнакомой дороге. Ольга Ивановна удивлённо смотрела на дома, на витрины, на прохожих. Она совсем не узнавала эти места. На перекрёстке Чарли свернул направо. Потом ещё раз. Она только крепче держалась за поводок. Когда они дошли до подъезда, она присела на лавочку, погладила собаку. На глазах у неё появились слёзы. — Спасибо, друг мой, — прошептала она. — Хо