Недоговорила про иностранные языки (и про бразильские сериалы!).
Недоговорила про иностранные языки (и про бразильские сериалы!). Когда-то у меня были отношения с докторантом Оксфордского университета. Звучит максимально пафосно, но на самом деле это был обычный псковский провинциал, который сидел на колченогом табурете и ел салатик — просто при этом достаточно умный, чтобы получить университетскую стипендию. И я периодически приезжала к нему туда погостить. А там всё устроено так: студенты живут в общежитиях прямо в колледжах (примерно как в «Гарри Поттере»), а вот те, кто пишут докторскую, живут где придётся. Обычно они снимают какой-нибудь большой дом на компанию. Как раз в такой дом Миша и заселился — вместе с ним жил парень из Чили и трое человек из Бразилии. В один прекрасный вечер за ужином бразильцы вдруг выяснили, что их сериалы пользовались раньше в России бешеной популярностью, и пришли в восторг. Правда, оказалось, что далеко не все «бразильские» сериалы были именно такими. В моей голове абсолютно не было представления, что вообще-то сериалы были ещё и аргентинскими, и мексиканскими! Но в итоге мы разобрались, и девочка Луана даже включила песню из «Клона» и принялась подпевать. А через несколько дней у Луаны был день рождения, и она решила отметить. Собралась большая интернациональная компания, мы с Мишей в том числе. Моей соседкой за столом оказалась бразильянка Кларисси. (Чувствуете? Это точно ведь имя из сериала, так и кажется, что сейчас она скажет: «Ну, я пошла, мне ещё надо принять душ и выпить бокал шампанского!»). И в какой-то момент я не выдержала и сказала: — Кларисси! Ты можешь научить меня одной фразе на португальском? Я слышала её всё детство, и мне очень интересно, как это звучит на самом деле! — Конечно! — согласилась она. Мы тут же достали листочек, ручку, и Кларисси написала фразу по-португальски, а потом потом мы разобрали, как это правильно прочитать. Вот так, спустя 20 лет после просмотра мыльных опер, за 3000 километров от дома, я впервые произнесла на языке оригинала великое: — На самом деле Педро не твой сын. Его отец — Хуан-Антонио!