Когда я был на Святой Горе, в Новом Скиту, в первый или второй год после того, как стал... — 7 сентября 2026 г. в 21:34:04.667
Когда я был на Святой Горе, в Новом Скиту, в первый или второй год после того, как стал духовником, – не спрашивайте меня, в каком возрасте это было, потому что разочаруетесь, – пришел один очень духовный человек – мирянин, он не был клириком, с Халкидики. Это был действительно человек Святого Духа, очень сильный духовно. Помню, как он плакал и рыдал на своей первой исповеди у меня, так что я даже подумал: «Пресвятая Богородице! Что же я услышу от него? Столько плача и рыдания! Он, конечно же, совершил убийство!» И меня охватила тревога в ожидании того, что я от него услышу! Потому что мне в первый раз довелось видеть такой плач. В тот день он опять пришел исповедаться в скит, где мы жили. Была суббота, были и другие посетители, и он сказал мне: – Отче, я хочу исповедаться! А я спросил его: – Когда ты уезжаешь домой? – Останусь дней на пять-шесть. – Ну хорошо, давай тогда я исповедую тех, кто уезжает завтра, и если успею, исповедую и тебя. Он мне ответил: – Хорошо, отче, как хотите. И этот человек прождал известное время перед храмом. Прошло время: – Ты видишь, мы сейчас не успеем, пойдем отдыхать, – сказал ему я, поскольку служба в монастыре начиналась в три часа утра. – Если ты остаешься здесь на подольше, то завтра увидимся. – Как благословишь, отче, нет проблем! Утром мы пошли на службу, служили литургию, было воскресенье, и служба была длинная – 6–7 часов. Он стоял сзади в уголочке. Знаете, кем он работал тогда? У него был автомобиль, и на нем он летом продавал сэндвичи на прибережной улице – там, где, вы представляете себе, что он там видел и что там бывало. А зимой работал шахтером на острове Халкидики. Он стоял сзади и молился, склонив голову и плача. Когда кончилась литургия, он зашел в алтарь и сказал мне: – Я хочу сказать тебе что-то. – Но я сейчас не могу, – я еще не потребил Святое Причастие. – Приди попозже! Но он сказал: – Отче, прошу тебя! Я хочу сказать тебе что-то очень серьезное! Произошло нечто великое, я не знаю, что это! – Что же с тобой случилось? – Знаешь, во время святой литургии я стоял сзади и думал, что недостоин причаститься, потому что сказал себе, что если бы я был достоин причаститься, то вчера Бог просветил бы меня исповедаться, а сегодня, в воскресенье, причаститься. И я смотрел на отцов, монахов, все причащались, кроме меня. Я говорил себе: «Ради моих грехов Бог не допустил меня причаститься». И спрашиваю сам себя: «Что же ты себе думаешь? Разве ты достоин того, чтобы причаститься? Бог сделал всё так ради твоих грехов!» Посмотрите, какое смиренное расположение и дух имел этот мужчина. Когда я выходил со Святым Потиром, чтобы причастить отцов и мирян, бедняга говорил себе: «Я не могу приступить сегодня, в воскресный день, на Святой Горе и причаститься. Но хотя бы издали видеть Тебя – и этого будет предостаточно для меня!» Он глядел на Святой Потир, видел внутри Тело и Кровь Христовы, которыми люди причащались. Так он впал в сильное умиление, закрыл глаза, и из них потекли слезы. В этом состоянии он внезапно почувствовал, что его рот наполняется Святым Причастием, и смутился. И что же это было? Неведомо как во рту у него появилась частица Тела и Крови Христовой, которые он проглотил; поскольку он ни с другими не причащался, ни ел что-нибудь, ничего. Так, в этом молитвенном состоянии… После этого, дрожа, он пришел в алтарь рассказать, что случилось. Конечно, я не объяснял ему очень многого, потому что эти вещи не объясняют тем, кто их переживает, но сказал себе: «Посмотри, что значит смирение». Все мы в этот день причастились. Но кто причастился реально? Этот смиренный человек, который не считал себя достойным причаститься, который был презрен, мы даже не исповедали его и оставили стоять в углу. Сам Бог его причастил, и он принял в себя Тело и Кровь Христовы через благодать Святого Духа; невозможно объяснить это иначе. Ни в прелести он