Хорошая моя, здравствуй!
Хорошая моя, здравствуй! Друг мой, привет! Сегодня — мамам мальчиков пишу. Тем, которые делают невозможное: из маленьких страшненьких (давайте честно) кулёчков выращивают настоящих мужчин. Для всех этих Маш, Кать, Лен и той девицы с пирсингом в пупке, которую он однажды приведёт и полу шепотом попросит: «Мам, давай без истерик». Они будут потом, сейчас — ты. Потому... Люби его. Целуй вихрастую макушку. Жалей, когда больно. Вешай на холодильник 176-ю каляку-маляку. Садись (осторожно!) на сколоченный им табурет. Срывай голос, болея за него, даже если не понимаешь, где чьи ворота. Не бойся, что вырастишь маменькиного сынка. Любовью маменькиных сынков не растят. Потому... Люби себя. Не оставляй себе объедки. Не усаживай школяра в автобусе, оставаясь стоять. Не тащи четыре пакета из магазина, пока здоровый 14-летний лоб идёт рядом. Не дай ему повод думать, что мама (читай — женщина) — тяжеловоз. Пахать на ней надо! И никакой слабины! Проси его о помощи. Поставить тарелку в мойку. Донести пакет. Подать руку. Придержать дверь. «Пожалуйста. Спасибо, мой хороший! Какой у меня защитник растёт!» Нет, у мамы не лапки, просто мама — девочка, и ей так приятно, когда о ней заботятся. Я не знал ни одного мужика, который бы к 30 шнурки не умел завязывать. А вот как беречь женщину, мало кого научили. Потому... Давай ему пробовать. Ничего страшного, если коленки в зелёнке, на локте синяк, а новые штаны порваны ещё до того, как надеты. Лучше так, чем обмотанный ватой и пупыркой. Твоя задача — не сделать так, чтобы с ним ничего не случалось, а поддерживать, обнимать и хвалить, когда случается. Давай ему выбирать. Пирожное в кондитерской, секцию, друга. Неважно, если ошибётся. Разрешай ему и это. Но... Забыл форму — пусть сам объясняет тренеру. Не сделал уроки — получает двойку. Потратил карманные за два дня — до следующей выдачи живёт без них. Не несись сломя голову с формой, тетрадкой, деньгами и объяснительной. Дай ему побыть ответственным. Но хочется же оградить! Защитить! Подстелить соломки! Знаю. Но однажды корзиночке будет 37, и начальнику совершенно не захочется звонить тебе и уточнять, почему у Игорёчка отчёт не сдан. Объясняй, повторяй, сочувствуй, если не получилось, но разреши набивать собственные шишки. Еще. Уважай его отца. Это важно. Даже если от одного его имени глаз дёргается. Не называй папу при сыне «этот твой». Не цеди фамилию сквозь зубы. Не бросай: «Весь в папашу». Негодяя не надо выставлять героем. Если отец подвёл — он подвёл. Если ушёл — ушёл. Если рядом с ним небезопасно — сына нужно защищать. Но не вынуждай мальчика ненавидеть мужчину, половину которого он каждый день видит в отражении. И не пытайся стать одновременно мамой и папой. Ты ж не гермафродит! На какие-то вопросы он найдёт ответы сам. С какими-то придёт к отцу, деду, тренеру, священнику. Покажи примером, что это можно — приходить. И последнее. Однажды рядом с ним появится другая. Она будет невкусно варить борщ. Просить от него шубу и море. Возможно, заставит самого гладить рубашки. Страшные времена грядут, но ты крепись, мать. Не соревнуйся. Если он однажды сможет любить другую больше, чем тебя, — это значит, ты справилась. Научила быть мужиком. Но... Даже самым бородато-мудро-сильно-накачанным порой хочется на ручки. Ну или на кухню к яблочному пирогу, чаю и единственной в мире женщине, которой ты нужен просто так. К маме.