Меры социальной поддержки для членов семьи военнослужащего, погибшего при исполнении об...
Меры социальной поддержки для членов семьи военнослужащего, погибшего при исполнении обязанностей военной службы В июле 2025 года в ходе проведения СВО погиб 38-летний никольчанин. У мужчины остался сын. Но поскольку пара жила без регистрации брака, в свидетельстве о рождении в графе «отец» у мальчика стоял прочерк. В августе 2025 года мать погибшего обратилась с заявлением о выплате страховой суммы и единовременного пособия в связи со смертью военнослужащего, наступившей при исполнении обязанностей военной службы. Спустя месяц АО "СОГАЗ" и Министерство обороны Российской Федерации произвели все необходимые выплаты. В сентябре 2025 года по заявлению матери мальчика решением Вологодского городского суда установлен факт признания погибшего отцом подростка. В ноябре женщина через военный комиссариат и Вологодский муниципальный округ обратилась в АО "СОГАЗ" с заявлением о выплате несовершеннолетнему сыну страховой суммы и единовременного пособия в связи с гибелью его отца, приложив необходимые документы. В феврале 2026 года она получила ответ: доплата долей страховой суммы и единовременного пособия, причитающихся ее сыну, будет произведена только после возврата денежных средств, выплаченных матери погибшего военнослужащего. Также рекомендовано обратиться в суд. Что женщина и сделала - действуя в интересах несовершеннолетнего, обратилась в суд с иском к матери отца мальчика о взыскании сумм неосновательного обогащения. Никольским районный судом установлено, что подросток является сыном военнослужащего и относится к числу лиц, имеющих право на получение мер социальной поддержки, предусмотренных действующим законодательством для членов семьи военнослужащего, погибшего (умершего) при исполнении обязанностей военной службы. Однако АО "СОГАЗ" и Министерством обороны Российской Федерации выплата причитающихся несовершеннолетнему денежных сумм в нарушение требований закона произведена не была. Указанным органам было известно об обращении матери мальчика в суд с заявлением об установлении отцовства, поскольку они были привлечены к участию в этом деле в качестве третьих лиц. Кроме того, определением суда от августа 2025 года были применены обеспечительные меры в виде приостановления выплаты в связи с гибелью участника СВО. Следовательно, они располагали как сведениями о наличии указанного судебного спора, так и информацией о еще одном члене семьи военнослужащего, который может претендовать на получение выплат, однако каких-либо мер к приостановлению выплаты соответствующих сумм другим членам семьи не предприняли, что фактически привело к нарушению права несовершеннолетнего. Таким образом, исковые требования вологжанки, действующей в интересах сына военнослужащего, заявленные к его матери, не подлежат удовлетворению, поскольку заявлены не к надлежащему ответчику.