Политолог Елена Кичатинова, специально для @PRiangarskie
Политолог Елена Кичатинова, специально для @PRiangarskie Новость не «чумовая», но тоже вызывает беспокойство: один из старейших агрогигантов Приангарья «Окинский» признан банкротом. И это на фоне бодрой отчетности об успехах в агропроме... Последние пара лет для Приангарья действительно выглядят неплохо: рост производства мяса, отличные урожаи, перевыполнение планов по экспорту. Казалось бы, живем и процветаем. И вдруг банкротство крупного многопрофильного хозяйства, действующего с 1965 года и производящего 22% всех яиц в области, да еще и дававшего 400 рабочих мест. Как так получается, что отрасль одновременно ставит рекорды и хоронит своих флагманов? Думается, причин этому несколько, и это не просто плохой менеджмент. Одна из главных бед — ценовой диктат сетевого ритейла. «Слата», «Хлеб-Соль», федеральные сети закупают колоссальные объемы, сбивая закупочную цену до минимума и делая при этом наценку для покупателя в 60-90%. В отличие от того же «Белореченского», у «Окинского» фирменная розница сильно меньше и не позволяет увеличивать маржинальность. При этом сократилась не только выручка, но и господдержка. Общий объем поддержки АПК в Приангарье упал с 4 млрд рублей в 2022 году до 1,6 млрд в 2026-м. Конкретно «Окинский» получал в 2023 году около 150 млн рублей субсидий, в 2024-м сумма снизилась до 46,7 млн, а в 2025-м — до 25,5 млн. Расходы на корма, развитие и прочее, разумеется, не сократились, а значит — здравствуйте банковские кредиты. В итоге, предприятие оказалось в долгах, как в шелках. А тут еще совсем не кстати слетелись другие ведомства — Минсельхоз отсудил 4,7 млн рублей за снижение надоев, Россельхознадзор — 54,2 млн рублей за свалку отходов. Никакой пощады, никакой реструктуризации, только хардкор, только штрафы... Добавьте к этому затратную систему маркировки «Честный знак», которая ложится дополнительным налогом на низкомаржинальные продукты. Неудивительно, что, по свежим данным Росстата, доля убыточных хозяйств в АПК страны приближается к 30%. Чиновники заявляют, что банкротство «Окинского» не угрожает продовольственной безопасности Приангарья, ведь уровень самообеспечения яйцом собственного производства в регионе превышает потребление (более 157%). Но потеря агрогиганта может принести другие неприятные последствия. Например, усилить зависимость региона от федеральных сетей, которые диктуют цены. Кроме того, для Зиминского района потеря 400 рабочих мест довольно ощутима. К тому же там еще около 30 тысяч гектаров земли, свыше 1 млн голов птиц и несколько тысяч голов КРС. Если региональные власти не подсуетятся и не найдут крупного инвестора, который выкупит сразу весь комплекс, то восстановить потом производственную цепочку встанет в разы дороже, чем сохранение существующего бизнеса. Немного беспокоят и другие крупные игроки местного агропрома, которые либо переживают внутренние корпоративные конфликты, либо стагнируют, теряя инициативу и рынки сбыта. Что уж говорить про мелкие фермерские хозяйства... В целом, банкротство СПК показало, что поддержка нужна не только малым формам хозяйствования, в сторону которых сейчас сместились приоритеты. Отрасли требуется единая стратегия, включающая пересмотр системы субсидирования, своевременная компенсация процентных ставок по кредитам и лизинговым платежам, защита от диктата сетевого ритейла. Остается надеяться, что ситуация с «Окинским» станет не тревожным сигналом возможной потери продовольственного суверенитета региона, а поводом для областного правительства пересмотреть свои взгляды на развитие агропрома.