Только что мне написал фельдшер. Наш новенький ушёл на радугу…
Только что мне написал фельдшер. Наш новенький ушёл на радугу… Меня переполняют злость, обида и разочарование. И больше всего чувство бессилия. Мы всеми силами пытаемся спасать животных в тех реалиях, в которых оказались. И иногда этих сил просто недостаточно. Я прекрасно понимаю, что будь мы в Москве, где есть круглосуточные клиники и узкопрофильные специалисты, у него было бы гораздо больше шансов. Его нужно было срочно оперировать, извлекать осколки, которые угрожали жизни. Но мы в Донецке. Здесь нет круглосуточного травматолога. На весь ДНР их всего несколько, а запись на операции за недели вперёд. Я бы с утра обзванивала всех, просила, умоляла, стояла на коленях, лишь бы его взяли на операцию как можно скорее. Он ушёл. В то время я готовила для него место дома, чтобы забрать его после операции и смотреть за ним. Потому что в ближайшие дни в приюте не будет ночного фельдшера, а животному нужен уход. И пока мы боролись за его жизнь, мне уже предъявляли претензии за то, что я не могу спасти другую собаку. Знаете, мало кто понимает, что за словом «приют» стоит не огромная организация с бесконечными ресурсами, а несколько человек, которые ежедневно пытаются совмещать спасение животных с собственными обязанностями. Сегодня я не смогла в половине пятого забрать очередную собаку на стационар. Рабочий день нашего закончился, Игоря Олеговича нет в Донецке, а мне в пять нужно забирать ребёнка. И сделать это за меня некому. Вот так выглядит наша работа. Не только сборы, красивые истории спасения и фотографии животных. А постоянные попытки сделать невозможное в условиях, где даже самое элементарное порой становится проблемой. Когда я могу - я сажусь в машину и еду. Когда наш врач может- приезжает спасать животных даже в нерабочее время. Но мы не можем делать это круглосуточно. Мы обычные люди, а не безграничный ресурс. Несколько лет назад я могла отказаться от руководства приютом. И неизвестно, что тогда стало бы с сотнями животных, потому что желающих взять на себя эту ответственность не было. И сейчас их нет. Мне больно от того, что огромное желание спасать, готовность действовать и все наши усилия порой разбиваются о реальность, в которой мы живём. Было бы гораздо проще вызвать такси, отправить животное в круглосуточную клинику и просто оплатить счёт. Так это возможно в больших городах. Но у нас всё иначе. Здесь мало собрать деньги. Нужно ещё найти врача, транспорт, время, возможность и человека, который физически сможет всё организовать. И этим человеком в 99% случаев становишься ты сам. И самое тяжёлое осознавать, что иногда ты сделал всё, что было в твоих силах, но этого всё равно оказалось недостаточно, чтобы спасти жизнь. Иногда ты делаешь все что можешь, выбирая не себя и семью, а кого-то, но этого все равно будет мало для всех вокруг. Пока я дописала этот текст, на часах уже было полчетвёртого утра. Закончился вечер, прошла ночь. Мне всегда говорили: «Всех не спасёшь». А я всегда отвечала: «Но ведь надо стараться, надо пытаться. Потому что для кого-то это целая жизнь». И вот сейчас я сижу и думаю… Может, зря? Может, я ошибалась? Ведь память видит только плохое.