За последние десять лет АВА-терапия стала почти синонимом коррекционной работы для мног...
За последние десять лет АВА-терапия стала почти синонимом коррекционной работы для многих родителей неговорящих детей. Запрос звучит предсказуемо: «ребёнок не говорит, нужно ставить карточки PECS, нужен супервайзер, нужно сорок часов в неделю». И в этом запросе есть логика, основанная на том, что АВА — самая доказанная методика коррекции поведения. Но есть нюанс, который вскрывается, когда смотришь на результат не через полгода, а через два-три года. В Коррекционном Центре развития мозга «Диалектика» за эти годы сложилась устойчивая ретроспектива. Родители, которые начали с интенсивной АВА-терапии без предварительных дефектологических занятий, часто возвращаются с одной и той же проблемой: ребёнок научился подавать карточку, сидеть за столом, выполнять инструкции, но речь не появилась. Навык отработан, а развития нет. Потому что карточка не запускает речь, если не сформирована нейронная база для артикуляции, если не развито слуховое восприятие, если моторное планирование нарушено. АВА работает с поведением, а дефектология — с механизмами. Дефектологические занятия в центре начинаются с целенаправленной работы над тем, как именно мозг ребёнка обрабатывает сенсорную информацию, формируются ли базовые нейронные связи для восприятия речи, как запустить экспрессивную речь при незрелой зоне Брока, как через многократные повторения и сенсомоторную стимуляцию развить артикуляционный праксис и произвольное внимание. Без этой базовой работы любая поведенческая терапия рискует остаться дрессурой, где ребёнок выполняет действия, не понимая их смысла, не перенося навык в реальную жизнь. Опыт показывает, что у детей с тяжёлыми органическими нарушениями, с моторной алалией, с грубым недоразвитием восприятия и регуляции, АВА-терапия без предварительного курса дефектологических занятий часто даёт иллюзию прогресса. Ребёнок механически обменивает карточки, но не вокализирует, не инициирует диалог, не использует навык в быту. А когда через год выясняется, что драгоценное время упущено, родители слышат: «надо было начинать с дефектолога». Поэтому в центре сложилась практика: сначала курс интенсивных дефектологических занятий, направленных на формирование базовых нейронных механизмов речи, восприятия и моторики. Потом, если необходимо, АВА-терапия, но как инструмент, который надстраивается над уже созданным фундаментом. И эта последовательность продиктована не профессиональной ревностью, а наблюдением за сотнями детей, которые теряли время там, где его можно было сохранить. Дефектология создаёт базу для восприятия и обработки информации. АВА учит реагировать и структурировать поведение. Одно без другого — неполный путь, но сначала должен быть сформирован сам механизм речи, иначе учить нечему.