Она маячила перед входом в магазин три дня - белая, с рыжим ухом, «дворняжьей» породы, ...
Она маячила перед входом в магазин три дня - белая, с рыжим ухом, «дворняжьей» породы, собака, зачипированная, как беспризорник… Кто-то из людей, входящих в магазин, просто отодвигал ее ногой, - она и не спорила - у всех свои дела, но, при этом, каждому человеку, она вглядывалась в глаза, просительно опустив голову… «Пшла вон», (как называло ее большинство людей), сейчас просила не за себя - во дворе, по соседству с магазином, заболел котейка - собрат по несчастью… Он утробно хрипел, глаза его слезились, время от времени - чихал, потешно умывая мордочку. - Что, совсем худо?, - спросила «Пшла вон» у «Брысь». - Зябко…, все согреться не могу…, - ответил он. - Надо поесть, иначе совсем замерзнешь!, - дала совет «Пшла вон», - рядом магазин, там люди всякую вкусность покупают, пойдем туда! ... - Подходил…, пинают меня там…, - грустно повесил голову «Брысь». - Пойдем! Меня не пинают - боятся, наверное, что укушу…, я тебе попрошу - поешь... «Брысь» и «Пшла вон» осторожно ковыляя под моросящим дождем, забрались на крылечко, под козырек, и стали ждать «доброго человека». Из проходящей толпы выбежал мальчик и подбежал к собаке. Погладив ее по голове, он засвистел: «Фьююють, фьююють.., иди сюда…». «Пшла вон», весело оглядываясь на прижавшегося в угол «Брыся», потрусила вслед за ним, по отдельному скату для инвалидов, задорно махая хвостом и ластясь в протянутую пустую руку. - Так, псина, пшла вон! А ты, Игорь, иди сюда - у нее, скорей всего блохи…, - раздался грозный голос папы Игорька. - Да смотри, пап, как он со мной бегает! - С лестницы до конца и обратно! - восторженно прокричал ребенок. - Ему положено бегать…, не трогай его, я сказал!!!..., домой пошли!..., - мужчина дернул парнишку за руку и так и вел, все оглядывающегося его, на «Пшла вон», крепко таща за собой. «Брысь», зябко подрагивая, вздохнул: - Чудес не бывает… Никто из них, понуро повесив голову, не обратил внимания на маленького сухонького старичка, с рюкзаком. А тот подошел поближе…, прикурил папироску…, и, обратившись к собаке, сказал: - Что, милая, худо? «Пшла вон» завертела головой - к кому этот человек обращается?? - Иди ко сюда, родная, - старичок присел, вытянув руку, - ты ж моя хорошая… «Пшла вон» медленно, постоянно оглядываясь на «Брыся», подошла к человеку. - Да ты смотри какая умница! - и она, в первый раз в жизни, ощутив ласковое поглаживание, лизнула его в руку, это было так неожиданно, что она жалостливо проскулила. - Пойдем, родная, все будет хорошо…, - сказал «сказочный» дедушка. «Пшла вон» затопоталась - вот оно счастье…, но как же «Брысь»?? - Ааа, так ты с другом?... Ничего, у меня в деревне и для него мышки найдутся…, - рассмеялся старичок, - идем, болезный, запрыгивай в рюкзак. «Брысь», хрипло сипя, очень медленно, припадая к рыльцу, подползал к человеку. «Пшла вон» звонко залаяла: - Я, оказывается: «Милая, родная и умница»…, не бойся, он хороший, он тебя вылечит… Водитель рейсового автобуса сначала с явным неудовольствием посматривающий на дедка, с грязной собакой в салоне, расплылся в улыбке, наблюдая, как из приоткрытого рюкзака высунулась голова, чихающего кота, которого после каждого чиха облизывала собака, а дедушка, гладя их обоих, приговаривал: - Ничего, прорвемся… Яна Мартюшова