Профессор смотрит в мiръ. Авторский Анонимный канал Дмитрия Евстафьева
Политика · 31 октября 2026 г.
Сегодня у нас на основных каналах будет небольшой анонс завтрашнего сдвоенного текста п...
Сегодня у нас на основных каналах будет небольшой анонс завтрашнего сдвоенного текста про развитие ситуации на Ближнем Востоке. Поскольку текст в обычный «сдвоенный» пост не помещается. А еще - считаю, что базовые идеи должны быть в публичном доступе. Чтобы читатель понимал, что и почему будет «расшиваться» на закрытых каналах. Предположу: та активность по ряду направлений, что мы наблюдали в последние дни (от звонка Стубба и Стёре до выяснения отношений внутри США), были простимулированы нежеланием крупнейших игроков на данном этапе активно вмешиваться в развитие многовекторного конфликта на Ближнем Востоке. Исключение – Россия, заявившая еще до подведения итогов выборов в Израиле (надеюсь, мы понимаем, почему это очень важно) о поддержке Ирана. Ситуация в Польше – из этой же «оперы». Ускорение развития ситуации в Европе выявило важный момент - позволило прорваться наружу противоречиям между Брюсселем и…. Вот тут один неясный мне нюанс. Подумаю еще, и поговорим в пнд или вт. Итак, на закрытых каналах авторской аналитики сегодня видеообзор событий недели. Подписка по ссылкам (на выбор): На платформе мессенджера Макс по ссылке: https://max.ru/id482108501008_bot?startapp=uauupchbyrnt На платформе Русти по ссылке: https://www.roosty.su/dimonundmir А также обрисую рамки для завтрашнего обсуждения Ближнего Востока. Начну с аксиомы: все играющие в регионе силы (Трамп, американские атлантисты, американские глобалисты-противника Трампа, Китай, британцы, Франция) исходили из неизбежности перекройки региона. И ориентировались именно на этот тезис, а не на «политическое урегулирование» и т.п. Наиболее ограниченные цели были у Трампа - обрушить исламскую систему управления в Иране и навязать Тегерану кабальную модель экономического взаимодействия. Трамп «играл» на Ближнем Востоке в локальный экономический передел с элементами геоэкономики («план Ривьера» и «Совет мира»). Все остальные игроки играли в геополитику как первичную основу для выстраивания будущих геоэкономических схем. Но даже Трамп исходил из того, что политический передел пространства неизбежен. Сил, выступавших за сохранение пространственного статуса-кво было три: - Россия. Для нас принципиально сохранить потенциал коридора «Север-Юг». Мы, конечно, пока выигрываем («выигрываем, проспав сражение»), но это долго не продлится. Про нас все всё поняли. - Альянс Саудовской Аравии и Пакистана, теряющий многое в случае начала большого передела в регионе. За альянсом маячил Китай, но именно что маячил. - И «неоглобальный Лондон» при активно соучастии «Индийского мира», действовавшего в негласном союзе с Израилем и ОАЭ. Эта коалиция имела реальный (только сейчас становится понятно, насколько) шанс выстроить альтернативный Лондону, а, возможно, и Сингапуру (вряд ли Шанхаю) финансовый центр. Все остальные, включая Иран, исходили из неизбежности перекройки политического пространства. Эти тенденции теперь становятся неотвратимыми. И Россия должна четко оценивать свои ресурсные возможности. Но конфликт не удалось локализовать в пределах северной части Залива. Все игроки были уверены, что сохранить ее (а это не только Иран, но еще и Ирак и Кувейт) в текущем состоянии не удастся. Но эскалация, запущенная ответом Ирана, сформировала неприятный вектор развития конфликта. Не «северо-восточный», который устроил бы большинство игроков (за исключением, конечно, Ирана), а, напротив - «западный». Но об этом поговорим завтра. И спойлер на завтра: ключевой фактор в развитии ситуации на Ближнем Востоке - Египет. Именно поэтому приезд президента Ас-Сиси в Мск на форум «Россия-Африка» вызвал такую истерику у Зеленского - а, значит, и у Лондона. Неудачный массированный налет на Москву в ночь на 29.10 был отчасти попыткой показать нам, что без диалога с «глобальным Лондоном» выйти на урегулирование на Украине не получится. Но, рискну сказать, что главным фактором было то, что президент Египта приехал. И поговорить ему было о чем.