«Почему клинический психолог ведёт английский? И почему так мало групп?» 🤔 — 25 июня 2026 г. в 15:29:37.354
«Почему клинический психолог ведёт английский? И почему так мало групп?» 🤔 Этот вопрос мне задают регулярно. И сегодня хочу ответить честно и подробно. 🧠 Начну с главного: для меня английский и нейропсихология — это НЕ две разные профессии. Это одна система. Особенно, когда у человека есть психологический барьер к изучению языка и говорению...Сама это проходила, когда Земля из-под ног уходит, когда с тобой разговаривает носитель, а ты как та собака, все понимаешь, но ничего сказать не можешь. Кстати, Кандидатский минимум по английскому языку в Российской Аспирантуре я сдала на 4, именно из-за психологического барьера. Когда я учила язык, я интуитивно искала способы «обмануть» мозг: как запоминать быстрее, как снять языковой барьер, почему одни дети схватывают на лету, а другие буксуют годами. Ответы пришли именно через нейропсихологию — через понимание того, как мозг учится. Так родился «Нейро Английский» — методика, где я использую знания о работе памяти, внимания, межполушарного взаимодействия, чтобы обучение шло в 2–3 раза быстрее и без стресса. 📜 Но это не значит, что я «психолог, который решил преподавать». За моими плечами: ✅ Диплом преподавателя английского языка ✅ 7 лет практики именно в нейро-методе и четко отработанная своя программа ✅ Регулярные повышения квалификации по методикам преподавания иностранного языка ✅ Постоянные занятия с носителем языка (язык должен быть живым!) ✅ И последние 4 года — учёба в докторантуре в США 🇺🇸, где я углубляюсь именно в когнитивные аспекты изучения языка, параллельно закрываю свои задачи по получению докторской степени по Клинической психологии ✅ Успешно сдан Кандидатский минимум по английскому языку по тематике кандидатской диссертации на тему «Профилактики суицидального поведения у больных с аффективными расстройствами» 🔒 Почему так мало групп? Здесь две важные причины. Первая. «Нейро Английский» — это не поток. Это авторская работа в малых группах, где я вижу каждого ребёнка, понимаю его сильные и слабые стороны мозга и выстраиваю траекторию индивидуально. Я конечно могу вести 20 групп, но тогда я стану училкой английского языка (может быть ближе к старости я так и сделаю, если надоест психология) Но, сейчас, это не моя задача. Поэтому, я веду 3–4. Но в них каждый ребёнок получает максимум. Вторая — главная. Моя основная профессия и призвание — это психотерапия и нейрокоррекция. Личные приёмы, работа с детьми и взрослыми, подготовка 2-х проектов закрытых клубов «НЕЙРОКОД для женщин» и «НЕЙРОКЛУБ от Нейроакадемии КИТ для детей, родителей и специалистов» , управление нейро центрами, управленияя региональными представительствами проф. сообществ и университетов — всё это забирает основное время и ресурсы. Английский для меня — это любимое авторское направление, в которое я вкладываю душу, но не могу и не хочу превращать его в массовый продукт в ущерб основной работе. Поэтому групп мало, и они открываются не «потоком», а тогда, когда у меня есть возможность и "вдохновение" взять новых учеников лично.