Тот не испугался и ухмыльнувшись посмотрел на Бараева. Друзья-приятели, понятно. Вроде ...
Тот не испугался и ухмыльнувшись посмотрел на Бараева. Друзья-приятели, понятно. Вроде как «Ещё один командир объявился. Посмотрим на сколько его хватит». - У нас нет. А у вас? «Залёт». Хлёстким ударом я сбил Кирилла с ног. Да так, что тот неловко рухнул на пол приложившись затылком об пол. Выпучивший глаза Бараев кинулся на помощь товарищу попытавшись оттолкнуть меня с дороги. Удар в солнечное сплетение и тычок кулаком под левую руку заставил его скривится и сгруппироваться. Он и правда был здесь самый здоровый. Вжих! – кулак сержанта пролетел над моей головой и короткое комбо состоящее из удара ногой в бок, тычка в шею и удара ребром ладони между лопаток, заставило его упасть на колени закашлявшись. С него довольно, ломать парня я не хотел. Рывок ко мне Карнаухова закончился броском через спину и ударом в челюсть вырубившим секунд-поручика на три-четыре секунды. Сидевший в самом углу комнаты в кресле жилистый шатен, очевидно Юрьев Олег (сержант, 30 лет, пулемётчик, ветеран ВП) просто похлопал мне и встал по стойке смирно. Дождавшись, когда ребята отдышались, я подал руку Шишкину и подняв его с пола произнёс: - Ещё раз ты так обратишься к офицеру, и я отправлю тебя на гражданку инвалидом. Веришь мне? Снайпер кивнул и встал рядом с поручиком и Юрьевым. «Блядь егеря - это вам не ВП. Ничего, я вас подтяну», подумал я, втянув ноздрями воздух. В комнате пахло чипсами, которые, кстати, были у нас запрещены как вредный продукт, наполненный канцерогенами, потом и пылью. Надо бы уборочку затеять. Но чуть погодя. - Армейские есть? – угрюмо оглядел я выстроившихся передо мной военных полицейских. - Так точно, господин капитан, - вытянулся передо мной крепкий парень с голубыми глазами и сломанным носом. Прапорщик Котов. 57-я пехотная. Шесть лет. Пути господни неисповедимы. Я честно рад был увидеть родного брата своего боевого товарища. И где только сейчас Лёва Котов? Говорят, улетел с колонистами на какой-то Коперник. Где это хрен знает. Эх, такого бойца армия потеряла. - Через пять минут жду всех на стрельбище, - сказал я. – Парни, только приведите себя в порядок. Тир тут и правда был неплохой. Даже боевые симуляции устанавливать можно было. Расчехлив свою штурмовую винтовку, я увидел неподдельный, почти мальчишеский интерес собровцев к ней. Это и не удивительно, ведь табельным оружием отряда была «Регина» - слабенькая штурмовая винтовка, стрелявшая металлическими шариками, которые разгонял аккумулятор. Единственный её плюс — это приличная ёмкость магазина. - КРАСОТА! Это же «Стаккато». Я такие только в журналах видел! Вам что разрешили со своим оружием? Кхм…– поняв, что сморозил глупость Котов смущённо почесал нос. Полный ветеран имел право не только на личное оружие, но и забрать свою броню. Правда выкупать её бы пришлось уже за свои деньги. - Разрешили-разрешили, - улыбнулся я. – Хочешь пострелять? * * * Со стрелковой (огневой) подготовкой у ребят и вправду всё было в порядке. Слава богу. Хоть этому их учить не надо. Причина разложения дисциплины тоже выяснилась быстро. Оказывается, отряд бросали на все серьёзные происшествия, случившиеся в городе. А столица в последние две недели напоминала потревоженный улей. После того как ВП потеряла несколько человек убитыми СОБР считали панацеей от всего. Последний командир - капитан Мяготин, написал рапорт и покинул Мерлин громко хлопнув дверью. Наблюдая за уборкой в зале отдыха, я наклонился над моющим пол Котовым и задал ему давно беспокоивший меня вопрос: - А почему из армии ушёл? - Хотел Льва поддержать, психанул, - бросил грязную тряпку в ведро прапорщик. - А он, когда узнал, сказал, что я дурак. - Дурак и есть, - согласился я, распахивая окно, в которое ворвался свежий воздух. - Скучаешь по службе? - Так тут вроде тоже служба, - улыбнулся офицер. - Ты меня понял. - Бывает. ТРЕВОГА! СОБР НА ВЫХОД! ТРЕВОГА! СОБР НА ВЫХОД! – разнеслось под сводами тира. - ОПЯТЬ?! – заорал Бараев, отбрасывая в сторону швабру, но взглянув на меня прикусил язык. - По коням ре