не то дочь…» А, это откуда-то из другого фольклора. Откуда не знаю, не спрашивайте.
не то дочь…» А, это откуда-то из другого фольклора. Откуда не знаю, не спрашивайте. - Горячего вина и кабана! – проорал аристократ, занимая стол в середине зала и сбрасывая на спинку стула накидку, отороченную голубым соболем. Жрали они как свиньи, да ещё и кости вокруг разбрасывали. Калоша у входа будто и не замечал новичка продолжая ласкать своего питомца, остальные посетители опустили головы к тарелкам, что натолкнуло меня на мысль, о том что Красавчик-то (которого его люди называли бароном) у нас безобразник. Впрочем, скоро это подтвердилось. Когда его оруженосцы и прихлебатели опьянели, они начали хлопать по ляжкам девчонок разносчиц (те взвизгивали, но терпели) но когда пожилая женщина с седой прядью нечаянно пролила на стол немного эля, из-за того, что Красавчик сам резко развернулся и толкнул её локтем, произошло следующее. Подонок просто взял и ударил женщину по лицу тыльной стороной руки. Вскрикнув она упала спиной на мой стол. Но аристократ не успокоился. Выудив из сапога хлыст, он направился к плачущей женщине прижимавшей пальцы к разбитым губам и носу. - Да как ты посмела… Думаю, вы уже догадались, что произойдёт дальше. Да? Почему-то я подумал, что так могла бы выглядеть моя мать сейчас, хотя я помнил её ещё молодой и полной сил женщиной. Так вышло, что я легонько оттолкнул её себе за спину и ловко лягнул табурет под ноги Красавчику. Ай! – антикварная мебель ударила истеричку по коленке. У него даже слёзки из глаз брызнули. И я отчётливо понял, что он теперь мне этого не простит. - Что за невезуха, - меч мой с шипением змеи выполз из ножен. «Попал ты Лид Даммер, попал», - подумал я, взглянув на сноровисто взявших меня в круг людей Красавчика. Почему-то перед глазами встала та куча кленовых листьев из которой маленьким вытащил меня патрон. Парирование, уход, укол. Укол, парирование, укол. Парирование, парирование, уход в сторону и рубящий удар. Как-то так. Вы что ни разу не видели схватку на мечах? И чего там смотреть? Мужики лупят друг друга полосками железа и молятся, чтобы противник оказался плохим бойцом. Но я-то был хорошим. Трое из пяти напавших на меня обливаясь кровью корчились на полу. Я постарался никого не убивать, но пару-тройку пальцев, ухо пришить вряд ли удастся, а проколотые бока и бёдра лучше бы показать брадобрею или аптекарю. Вряд ли у них тут нормальный врач есть. - Собака, ты ранил моих людей! – плевался слюной, ударивший женщину мерзавец. - Да я тебя… я тебя! Вжих! Ших! Стоявший слева от меня оруженосец аристократа попытался воспользоваться ситуацией и был крест–накрест перечёркнут остриём моего меча. Красиво вышло. Всегда хотел попробовать. Ничего, зашьют. - ПЁС!!!! - Так собака или пёс, почтенный? – улыбнулся я, уходя в сторону от укола последнего из людей барона обрушивая тому на голову кувшин с пивом. Подонок в свою очередь покраснел как варёный рак и обернувшись к сидящим за столами воинам заверещал: - Вы что сидите?! Вы мои вассалы! Вперёд! Убить его! Вот тебе и стал оруженосцем. Вороний нос, Пьяница и Пузан (ничего так прозвища, да?) поднялись из-за столов. Им явно не хотелось, но клятва… И понеслась… Пьяница получил от меня навершием меча в лоб и осел под собственный стол, Пузана я пожалел и приласкал ударом плашмя по макушке. Тот так театрально рухнул на пол, что ему чуть не зааплодировали. Вороний нос пару раз скрестил со мной клинок, парировал, а потом пропустил удар табурета по затылку. Чахоточный в схватке не участвовал. То ли Красавчика не в грош не ставил, то ли не был его вассалом. Сидел и спокойно попивал вино смотря в камин на горящее пламя. После этого я к нему стал ещё лучше относиться. - Куапель, успокойся, - негромко бросил от входа Калоша, но так что соскочившие из-за столов озорники, поддавшиеся настроению, вернулись на места. «Куапель значит, - запомнил я, выставляя меч перед собой. Вот и познакомились». Аристократа нашего тем временем совсем понесло. Развернувшись к Калоше тот вздёрнув руки к потолку, сжал кулаки и заорал: