Пёс разлёгся на подстилке и положил голову на вытянутые вперёд лапы. Он смотрел на Степ... — 28 июля 2026 г. в 12:17:50.704
Пёс разлёгся на подстилке и положил голову на вытянутые вперёд лапы. Он смотрел на Степаниду преданными глазами и, казалось, даже немного улыбался. Они купили в магазине не только собачий корм. Много чего ещё купили. И задумала Степанида Барона искупать. Пёс вёл себя хорошо, воды не боялся и скоро, после того, как высох, снова разлёгся на своей лежанке и стал выглядеть вполне достойно. Степанида нацепила на него ошейник и потрепала за холку. — Красавчик, Барон. Хорош! — заявила Степанида, рассматривая пса. Так и подружились они. Стали вместе гулять три раза в день. А ещё Степанида много разговаривала с Бароном, рассказывала ему разные истории из своей жизни. Хоть и привыкла она одна жить, да оказалось, что с другом всё же лучше: ведь живая душа рядом. И умный какой! Казалось, что всё-всё понимает, только сказать не может. Степанида наливала себе чаю, садилась на кресло, а Барон укладывался у её ног. Она отпивала ароматный напиток и вспоминала. — А знаешь, Барон, я, когда работала в колонии, то была всё равно, что сама в заключении. Не пойти никуда, не выйти. Работала с восьми до пяти. Утром у КПП очередь. Всех сотрудников проверяют, досматривают: сумки, пакеты, личные вещи. Как зашёл — выйти нельзя уже. Только по специальному пропуску. Даже на обед нельзя. Обедали в столовой. Там их две. Одна для заключённых, вторая для сотрудников. Телефоны запрещены. Утром, как сдавали их на КПП, так только вечером забирали. Да мне звонить-то некому было, однако всё же это угнетало. Хотелось свободы. Много работы за компьютером было: справки всякие, приказы, характеристики осужденных и другие документы. В основном всё это нужно было для комиссии по условно-досрочному освобождению или амнистии. А иногда целый день ничего. Сидела в «косынку» играла. Тоска. Знаешь, что такое «косынка»? Пёс невозмутимо смотрел на пожилую женщину. Хвост его немного приподнимался, а иногда, ни с того ни с сего, начинал мести из стороны в сторону. — Это игра, пасьянс такой, на компьютере, — улыбнулась Степанида и потрепала Барона за мощную шею. — А иногда я ездила в прокуратуру в рабочее время. Хоть так прогуляться можно было и то хорошо. Однако был у этих поездок один большой минус. Прокуратура находилась на территории мужской колонии строгого режима. Дорога от КПП до административного здания приходила у меня без сопровождения. А там корпуса заключенных. Приходилось однажды видеть, как их отряд шёл мимо меня на обед. Ух, я тогда испугалась, когда они в полметра от меня проходили! Был случай, что однажды зэк вот так же, напал на медсестру, сильно порезал её… А ты знаешь, что в колонии строгого режима и особого режима попадают только мужчины? Женщин туда не берут… А у женщин своё. Рожают вон в колониях, чтобы послабления получить. Кто от мужей законных, а кто кой от кого. Знакомятся по переписке, а потом на длительном свидании и случается. А там, знаешь, вот чисто городок настоящий. И детский сад даже есть свой для таких детей. Свои воспитатели там, доктора. А с трёх лет в детские дома их отвозят, бедолаг… Ещё церковь есть на территории и больничный корпус. Гаражи. А ещё помещения для проведения разных мероприятий, библиотека, актовый зал. Да… И самодеятельность там есть и творчество. А собаки — твои сородичи, каждый день там территорию эту обследуют. Сотрудники спецотдела обходят по периметру, проверяют, нет ли следов подкопа, нет ли запрещённых передачек. Иногда ведь через забор умудряются подбрасывать… ***