Не наш
Не наш — Он не наш, мам. Ксюша сказала это негромко, но так, чтоб слышал Митя. Пятилетний Митя стоял в дверях, прижав к животу серого вязаного зайца с одним стоячим ухом, и разглядывал половицу. Марина взбивала на узкой кровати вторую подушку — у самой стены, с краю, где от окна тянет и где холоднее. — Наш. Теперь наш, — ответила мать и даже не обернулась. — Ступай умойся. Поздно. Девочка ушла к рукомойнику и долго лила воду мимо ладоней. Ей было десять, и до этого лета их было двое — она да мама. Двое на весь белый свет, и того хватало. *** Жили они на краю села, в доме, где одна комната да кухня, печка да сени. Отец ушёл, когда дочка была ещё совсем маленькая, — ушёл в город и там остался, и о нём в доме не поминали, как не поминают погоду за тыщу вёрст: есть где-то, а тебя не касается. Марина работала на ферме, вставала затемно, приходила с красными руками и запахом дойки, и всё равно у неё доставало сил вечером сесть с дочкой над тетрадкой, над книжкой, над прыгалками во дворе. По воскресеньям они пекли вдвоём оладьи, и Ксюша переворачивала их сама, обжигаясь и гордясь, и мать говорила: «Хозяйка ты моя». От этих двух слов делалось так хорошо, что и праздника другого не надо. 📚 Рассказы | Подписаться ✅