трела на него. — 5 июля 2026 г. в 12:00:06.223
трела на него. -Здравствуйте, - сказала женщина. - Я Света, мама Насти. Мне нужно с вами поговорить… *** - Элеонора, мне нужна ваша помощь, - говорила Света, вытирая глаза, - нужно помочь ей выбраться оттуда. Я провела в тюрьме достаточно долгий срок, и знаю, о чем говорю. Вы знаете, в первые дни после освобождения я не могла надышаться. О Насте я думала ежедневно. Она - единственное, что у меня осталось. Я понимала и не ждала, что она будет относиться ко мне как раньше. Возвращать доверие ребёнка - долгий процесс. А у меня получилось! С первой нашей встречи! Мы поговорили и все… -Да уж, - не выдержал Юра, - вам нужно было не таиться, а сразу к Элеоноре прийти! А вы пришли сегодня, спустя год…Это странно! - Так получилось…- Света опустила голову, - я же работаю по вахтам. - Мир вне стен тюрьмы показался мне очень ярким, - продолжала Света, - я могла ходить, где хочу, спать на чистом постельном белье. В колонии мыться можно было только раз в неделю в бане. А сейчас у меня есть много разных средств для ванной, я всё моюсь и моюсь, как будто от чего-то никак не могу отмыться. Она снова замолчала. Эля смотрела на нее во все глаза. Мать Насти! У нее в доме! Невероятно! А Света перевела дыхание и снова заговорила: -Там тяжело, очень тяжело. Ковыряются в личных вещах. В камерах во время осмотра сотрудники могут пересматривать твои фотографии, читать твои письма. Это унижает. Жить там надо по распорядку. На все разрешение требуется. В тюрьме у тебя не должно быть собственного мнения, не должно быть свободного времени, чтобы побыть наедине с собой, подумать. А я все равно думала. Ночами. И мне до сих пор трудно от этого надзора освободиться. А потом…Нужно начинать жить заново, искать работу, пытаться понравиться работодателю, скрывать свою судимость, притворяться и придумывать что-то. Хорошо вот, что одноклассница мне помогла устроиться. Я уехала, работаю, хотя, условия, там, конечно, не сахарные. Мужчину нашла там…Но сейчас не об этом. Нам нужно спасти ее! Она там совсем одна, ее никто не навещает! Она пишет мне письма… -Но как мы можем ей помочь? - спросила Эля, - она совершила преступление! Обратного пути нет! Поверьте, с ней тут никто плохо не обращался, я давала ей все что смогла! - Я знаю, - сказала Света, - я бы сама, признаться честно, не могла дать ей таких возможностей. Что я? У меня ничего нет. Живу в той же квартире, где все произошло. Все это время думала, как я буду заходить туда, смотреть на это место. А зашла и ничего. Мужа, отца Насти, я очень любила, но так получилось. Он стал пить, поднимать на меня руку. Я никогда не видела такого отношения от мужчины… Света опустила голову, и слезы закапали на ее колени. -Я понимаю, что обратного пути уже нет, я об одном вас прошу, позвольте мне навещать ее. Меня же к ней не пускают. По документам вы ее мать, а я посторонний человек. -Мы посмотрим, что можно сделать, - растерянно сказала Эля. Ей было жаль и Настю, и эту женщину, которая сама прошла этот сложный путь, и отчаянно не хотела, чтобы ее дочери было так же плохо, - сначала мне нужно увидеться с ней. -Я уверена, она раскаивается, - с жаром сказала Света, с надеждой взглянув на Элю, - простите ее, она не хотела, просто мы потеряли связь, она перенервничала, вот и получилось такое… Юра, выслушав это, покачал головой. -Эля, это не самое умное решение, - задумчиво сказал Юра, когда они обменялись телефонами, и Света ушла, - пока ты не в состоянии принимать каких-то решений, мы еле выходили тебя. -Нужно поставить точку. - сказала Эля. - Мне. Для себя. -Хорошо, - сказал Юра, - едем. Эля недолго добивалась свидания. Майя, хоть и была против, но все же помогла своими связями. Через две недели Эля с Юрой поехали в Рязань *** -Я пойду с тобой? – спросил Юра, когда они доехали. -Нет, я должна сама, - ответила Эля. Он помог ей выйти из машины, и проводил до дверей. На входе у нее проверили документы и разрешения и проводили к месту встречи. Элю немного потряхивало. Она ждала этой встречи, но совершенно не знала