Интересные заметки
Интересные заметки Мягков не сказал ни слова, когда Ефремов уединился с его женой В судьбе Андрея Мягкова и Анастасии Вознесенской было что-то обречённое и одновременно удивительно тёплое. Перебирая истории тех, кто знал их близко, я всё время ловлю себя на мысли, что это не просто биография двух актёров, а долгая, трудная история любви, которую они пронесли через полвека, — с обидами, ревностью, болезнями и той тихой нежностью, что не выставляют напоказ. Андрей родился в интеллигентной семье: отец — профессор, доктор наук, мать — инженер. С детства ему привили любовь к Пушкину и Лермонтову, но сам он, к ужасу родителей, грезил сценой. Отец, человек мягкий, но настойчивый, попросил сына: «Ради меня, закончи сначала серьёзный институт, а потом хоть в театральное ступай». Андрей послушался — поступил в химико-технологический, играл в студенческом театре, получил диплом и распределение в ленинградский проектный институт «Гипропласт». Можно было бы остепениться, стать инженером-химиком, но он рванул в Москву к заместителю министра химической промышленности и выпалил: «Позвольте мне не работать по специальности». Чиновник, глядя на горящего юношу, разрешил, но с условием: если тот добьётся успеха, пусть не забудет про него. Андрей сдержал слово — много лет спустя доставал этому человеку билеты на свои спектакли. В Школе-студии МХАТ он оказался не один. Рядом училась Тамара Абросимова — бывшая однокурсница по химико-технологическому, с которой они когда-то мечтали бросить науку ради искусства. Тамара уехала в Москву первой, Андрей последовал за ней. Их связывало сильное юношеское чувство: вместе репетировали, гуляли, он писал ей стихи, играл на гитаре. Родители Тамары были от него в восторге, но пожениться они не решились — казалось, рано. «Если бы мы не расстались на два года...» — позже вздохнёт она. Но расстались. На курсе Андрей увидел Анастасию Вознесенскую — семнадцатилетнюю блондинку с большими глазами, младше его на пять лет. И всё прежнее исчезло. «Никакой дружбы, никаких ухаживаний. Я её увидел и понял — другого быть не может», — вспоминал Мягков. На втором курсе они поженились. Тамара, узнав об этом, только развела руками: «Возможно, надо было побороться. Но для этого нужен другой характер». Вскоре она вышла замуж за их однокурсника и уехала в Ленинград, но нить между ними не оборвалась — она дружила с сестрой Андрея и всегда говорила, что Ася — главная женщина в его судьбе. В 1965 году Анастасию пригласили в «Современник» — Олег Ефремов был очарован её юной индивидуальностью, нежной красотой и точной игрой. Андрея взяли лишь из-за неё, и за ним на какое-то время закрепилась обидная кличка «Настин хвостик». Но вскоре Ефремов понял, что не ошибся: Анастасия быстро стала яркой актрисой, ей доверяли серьёзные роли. Андрей же играл во втором составе — слишком уж он был похож на Олега Табакова, который тогда блистал в тех же амплуа. «Второй Табаков» Ефремову не требовался, и Мягков оставался в тени. В кино он дебютировал в «Похождениях зубного врача», но фильм на двадцать лет положили на полку. Лишь в 1968-м ему достался Алёша в «Братьях Карамазовых», но настоящая слава пришла только через семь лет, когда Эльдар Рязанов позвал его в «Иронию судьбы». Обрушилась всенародная любовь, узнаваемость, которую Мягков тихо ненавидел. «Меня ассоциировали с Лукашиным, а это образ, это не я. Мешала жить узнаваемость, очень мешала. Когда перестал быть на него похож, стало легче», — признавался он. А Ася в это время оказалась словно забыта кинорежиссёрами. Она мучительно переживала взлёт мужа. Талантливая, тонкая актриса, она видела, как её Андрей превращается в звезду, а её саму перестают замечать. Ревновала она жутко — не столько к женщинам, сколько к его славе. Те, кто знал их в те годы, говорили, что она почти уничтожала его своими упрёками, а потом начала выпивать. Пьющие артистки тогда были никому не нужны — в отличие от Даль, женщину с такой репутацией легко заменяли. Андрей же, как мог, спасал её: просил режиссёров, чтобы они да