Вот и похороны. Смотрю на это обожаемое лицо, которое столько целовал - и чувствую, буд... — 21 июня 2026 г. в 12:05:25
Вот и похороны. Смотрю на это обожаемое лицо, которое столько целовал - и чувствую, будто меня везут на эшафот. И мне кажется, что я в первый раз вижу похороны и в первый раз понимаю, что такое смерть. Мы плетёмся по ухабистому снегу, проваливаясь. Прекрасное место под тремя соснами выбрал я для неё и для себя, здесь я пережил всю казнь - и забивание гроба гвоздями, и стуки мерзлой земли по гробу и медленную - ужасно медленную работу лопат. Не помню, как вернулся домой... Никогда ещё так ясно не представлялась мне хрупкость понятий «моё», «твоё». К своим вещам М. Б. была по-детски ревнива, и мне даже странно, что я могу взять её чемодан, или открыть её столик и что в её комнате сейчас ночует Катя и неизвестная М. Б. Елена Бианки. Странно, что я могу переставлять в её комнате вещи - странно и страшно. И как остро ощущаешь те перемены, которые происходят в мире без неё. Когда теряешь друга и спутника всей твоей жизни, начинаешь с изумлением думать о себе - впервые задаёшься вопросом: «Кто же я таков?» - и приходишь к очень неутешительным выводам. И ещё одно: когда умирает жена, с которой прожил полвека, вдруг забываются последние годы, и она возникает перед тобою во всем цвету молодости, женственности - невестой, молодой матерью, забываются седые волосы. И видишь, какая чепуха - время, какая это бессильная чушь. Из дневника Корнея Чуковского о своей жене, 1955 год. Развитие • Подпишись