«— Всё я сделал, как ты хотела. Теперь давай показывай сына. — 29 августа 2026 г. в 04:29:35.978
«— Всё я сделал, как ты хотела. Теперь давай показывай сына. — Хорошо. Пойдём. Только ты, Владимир, пожалуйста, не пытайся подходить к нему сразу. Ты сначала понаблюдай за ним, понять его попробуй. — Хорошо, понаблюдаю, ладно. И пойму. Мы подошли к знакомой уже мне полянке. У кустов на краю поляны Анастасия говорит: — Здесь посидим тихонечко, посмотрим, он сейчас будет просыпаться, и ты его увидишь. У дерева на краю поляны лежала на боку медведица, но никакого ребёнка я не увидел. Волнение всё больше охватывало меня, и сердце странно биться стало. — Где же он? — всё больше волнуясь, спросил Анастасию. — Смотри внимательней, — ответила она. — Вот его головка и ножки из-под лапы у медведицы торчат. Он спит на ней, в паху её, там мягко и тепло, над ним она и лапу свою держит, не прижимает, только прикрывает его лапой чуть. И я увидел. Крохотное тельце малыша покоилось в густой медвежьей шерсти. В паху огромного зверя, под его чуть приподнятой передней лапой. Медведица лежала на боку не шевелясь и только головой из стороны в сторону водила озираясь. Малюсенькие ножки зашевелились в глубокой шерсти, и сразу медведица лапу немножко приподняла. Малыш просыпался. Когда ручкой двигал, медведица подымала лапу, когда опускал ручку, она его снова прикрывала. Только лапой и водила да головой, а туловище не шевелилось. — Она что же, так и лежит, не шевелясь, ей же неудобно всё время в одной позе? — Она так долго может лежать, не шевелясь. И совсем ей это нетрудно. Она от восторга млеет, когда он заползает в свою кроватку. И вообще, теперь она вся из себя важная такая стала. Ответственная. Даже дружка своего к себе не подпустила, когда время настало своим потомством обзаводиться. Это не очень-то хорошо. Но когда наш сын подрастёт немножко, она подпустит к себе дружка. Я слушал Анастасию и не отрываясь смотрел, как снова задвигались маленькие ножки под огромной лапой медведицы. Потом лапа поднялась вверх. Малыш двигал ручками, ножками, потягивался, поднимал головку и вдруг замер. — Чего он двигаться перестал, опять засыпать будет? — спросил я у Анастасии. — Смотри внимательнее, он же мочится. Опять не успела медведица опустить на траву вовремя или не захотела, балует она его. Маленький фонтанчик лился на шерсть медведицы. Она, как и малыш, лежала, замерев, даже головой водить перестала и лапой двигать, пока не прекратился этот фонтанчик. Потом медведица стала переворачиваться на другой бок, и малыш скатился на траву. — Хорошо. Вот видишь, соображает она, что он ещё продолжит своё большое дело, наш маленький человечек, — весело сообщила Анастасия. Крохотное человеческое тельце лежало на земле и тужилось. А над ним стояла огромная медведица и, казалось, помогала урчанием своим, словно сама с ним тужилась. Малыш повернулся на животик, задвигал ручками и пополз на четвереньках по траве. Попка его была немножко испачкана в какашках. Медведица шагнула в его сторону и лизнула маленькую человеческую попку своим огромным языком, вытирая испачканное, словно нянька. Её язык толкнул малыша, и он шлёпнулся на животик, но тут же привстал и пополз дальше, а она, медведица, снова за ним и снова лизнула, хотя и так всё уже чисто было. — Как ты думаешь, Владимир, смогла бы она подгузники снять или трусики, а потом надеть ему новые? — тихо спросила Анастасия. — Да ладно тебе, — также шёпотом ответил я, — и так всё понятно. Малыш перевернулся на спину, и когда назойливая медведица в очередной раз лизнула его между ног, он изловчился и маленькая ручка уцепилась за шерсть медвежьей морды. Подчиняясь явно незначительным усилиям ручки, огромная медвежья голова легла на землю у ног малыша, он взял её за морду, второй ручкой подтянулся и стал карабкаться по голове зверя вверх. — Куда это он? — К глазкам медведицы. Блестят у неё глазки, ему интересно, он всегда их потрогать хочет. Малыш лежал животиком на медвежьей морде и рассматривал её глаз, потом попытался пальчиком потрогать его, но медведица тут же зажмурилась. Пальчик ткнулся в веки. Ещё