Большой текст о ветеранах СВО на "гражданке", Ремарк "Возвращение", 21 век. В целом, ни...
Большой текст о ветеранах СВО на "гражданке", Ремарк "Возвращение", 21 век. В целом, ничего не изменилось. Ничего не изменилось со времен Распятия и Воскрешения. Читайте мастера пера Володю Ворсобина: https://www.kp.ru/daily/277823.4/5315137 Историю с потерей ноги Антон рассказывает легко, словно страшный анекдот. Эту легкость гражданский не поймет. Точно. Спишет на психологическую защиту, гражданский не примет инстинктивно тот факт, что на фронте жаловаться на судьбу оставшемуся в живых – богохульно, да и нечего…. Рассказ Бадрака начинается с проклятия. «Чертова лодка!» - улыбается он, - До сих пор эту сволочь вспоминаю… - 1 января. – рассказывает, - Марьинка. Спонтанная задача (терпеть такие не могу, не успеваешь подготовиться!) – дотащить лодку до реки. В самом конце города - озеро, поделенное дамбой на две части. Наши забрали Марьинку, почти до дамбы дошли. Задача была интересная - командир вдруг решил «штурмануть» дамбу с помощью одной лодки с разведчиками. Дождь, темно, грязь, несем лодку и мотор. 15 человек. Коробки вымокли, развалились. Спрятали лодку и мотор в воронке. На следующий день подготовились уже нормально - взяли стропы, носилки... Дошли, сбросили мотор, начали возвращаться за теми, кто с лодкой. Начинают «класть» минометом, потом «кассетка» прилетает. В первую же дырку нырнули. Сидим минут 20-30. Затихло. Слышу, наши с лодкой мимо пробегают. Выходим. Я первый. Темно. Но я вроде запомнил дорогу и шуранул. Бегу, за мной, приятель Саня. И вдруг грохот, как будто ковшом экскаватора ударили по спине. Полетел, упал, не понял, ползу. Саня сзади орет: «Ползи в воронку!». Смотрю, у меня нога болтается. Жжет. Я с перепугу давай орать, как сумасшедший: «Помоги мне!». Саня орет: «Я за подмогой». Достаю турникет, мотаю ногу. Оказалось, я заполз ровно в ту воронку, откуда мы мотор забрали. Прибежали пацаны – молодые совсем, 21 год, не больше – жгут наложили. Один из них, Илюха «Ганс», сейчас в Анапе чилит без ноги. И Антоху, прапорщика, комиссовали - что-то с ним случилось, внутренних органов не хватает…. Нашли нефопам. Влепили укол. Я броню скинул, поскакал на одной ноге… Бадрак потерял столько крови, что выжил чудом. Ампутация. Потом еще одна… Полгода по госпиталям. - Самое интересное, - смеется, - лодку ту злосчастную донесли, накачали, а она сдулась. Принесли еще одну. Накачали. Готова к заданию. А толку. Из девяти разведчиков, кто должен был на этой лодке плыть, к тому времени в строю оказался лишь один. Остальные в боях поломались - «трехсотые», но, к счастью, живые. В итоге поступила команда – тащить эту проклятую лодку обратно, пока тащили ранило еще четверых... - Иногда хочется обратно. С гражданскими ни поговорить ни пошутить. Не на твоей они волне. Смотрят из-подо лба. Все как будто злые. И дело не в СВО – у меня отличный протез, не видно, что у меня ноги нет... Просто гражданка (Антон задумался, открывая новую пачку) стала гнилой какой-то. - Гнилой? Плохо приняли здесь? - Нет-нет, - качает головой, - Меня не обижают, наоборот - взяли обратно на работу, все как полагается, с уважением, даже подготовили новую должность. Но я только месяц выдержал. Ушел. Не могу так работать, как они! Ходят, друг другу жопу лижут. Каждый друг перед другом выслужиться пытается, перед старшим начальником. Знаешь, после возращения я вдруг обнаружил, что у многих мужского не хватает. Как бабы себя ведут. Ненавижу такое!