Не было сил бежать. Не было сил дышать. Очки запотели и в них уже ничерта не видно. Я р...
Не было сил бежать. Не было сил дышать. Очки запотели и в них уже ничерта не видно. Я рухнула в мокрые кусты, свернулась калачиком, зажала уши. Очки запотели – ничерта не видно. Слышно только гул автоматной очереди и со всех углов доносящееся «Убит», «Вышел», «Ранен». Я лежала в кустах с полными трусами дождя, в руках зажимала автомат и рыдала, молясь: – Господи, когда этот ад закончится? За что мне это всё? Больше никакого страйкбола в жизни! Тут вдруг все затихло. Я собралась потихоньку вылезать из кустов, чтобы ползти жопой вперед в сторону костра и быстрее валить домой, хоть пешком, быстрее из этого ада. Тут неожиданно рядом со мной захрустели ветки. Кто-то крался совсем близко около моих кустов. Меня окутал такой дикий страх. Я зажмурила глаза, нажала на курок и выпустила автоматную очередь. Бедолага заорал: – Да убит я! Убит! Хватит! Прекрати! Но у меня пальцы закостенели от страха и я не могла разжать из рук автомат, пока не закончились в обойме все шарики. Когда мы ехали с Сань’ОК домой, то он с испугом в глазах, поинтересовался: – Я так понимаю, мы больше на страйкбол не поедем? Я: – Почему не поедем? Там все не так уж и страшно! Главное – авторская тактика.