Чужой язык
Чужой язык Умберто Эко называл окружающую нас реальность миром сигналов. Мы сами превращаем эту «реальность» в мир смыслов с помощью различных языков, не обязательно вербальных. Главное, что разные культуры создают свои способы означивания, грубо говоря – снег для якутов и, например, индусов, совсем не одно и то же. Это помогает нам не только коммуницировать, но и вообще как-то ориентироваться среди окружающих нас объектов и явлений, то есть «осмысленно» существовать. Но для того, чтобы как-то осознавать, что, где, когда и почему происходит, мы должны знать языки, владеть способами кодировки. Зная способы кодировки, мы, например, способны различать научную и мифологическую картины мира, использовать имеющийся опыт в соответствие с контекстом. Только так мы можем дешифровывать, интерпретировать какие-то культурные тексты - сообщения, общаться, вообще ориентироваться в мире по созданным нами самими ментальным картам – это мы называем «понимать». Но что если вы не знаете языка, не владеете кодами? Дмитрий Давыдов создаёт фильм ужасов, где пугают не скримеры и всяческие монстры, хотя это тоже есть, а постепенно дезориентируя зрителя и погружая в состояние крайнего дискомфорта от непонимания происходящего. Он затевает страшную игру, вовлекая в неё зрителя, поначалу обманывая его знакомыми приёмами. Устроившись в кресле, избалованный зритель (который к тому же немножко знаком с творчеством режиссёра) приступает к дешифровке кинотекста: ну вот, думает он, это фолк-хоррор, на вроде «не ходите, детки, в лес», там за солнечным фасадом таится какая-то разлагающаяся и зловещая гадость. Нет, это же готическая история – вот же духи, призраки. Аа, так это же сплошной фрейдизм, вот эти вот тревожные и скверно попахивающие намёки на нездоровые отношения отца с дочерью-подростком, конечно, это фильм о безумии. Но где-то к середине вы начинаете чувствовать, что вас водят за нос. Все попытки как-то идентифицировать этот фильм не приводят к продуктивному результату. Вы не на своей территории и не знаете языка этой реальности, как и герои фильма. У вас нет ключей к пониманию, даже несмотря на то, что Давыдов активно использует образы-коды, восстанавливающие пространство якутской культуры. Здесь есть алаас с өтөхом в центре, есть и знакомые каждому саха страшилки – девушка-абаасы с копытцами вместо ног, двойники и бегающие по потолку духи. Герой, несмотря на свою славянскую внешность, демонстрирует причастность якутской культуре – элементы якутского традиционного костюма, знание обрядов и хозяйственной деятельности – он умело возводит изгородь, разбирается в травах, у него есть богатырский конь, лодка, рыболовные снасти, ружье и даже нож, в общем все значимые принадлежности мужчины-саха. Как и полагается правильному герою он отказывает женщине-бесу, оставаясь верным своему пути-предназначению и своему роду (семье). Но это нисколько ему не помогает. Возможно, потому что все это лишь поверхностные знаки, не зря он говорит на совершенно чуждом языке. Он пришёл на эту землю не для того, чтобы жить здесь, стать её частью, а как чужак-потребитель, чтобы пользоваться благами, зарабатывать, без искреннего отношения.
Канал в каталоге Максиметера
33 подписчиков · Кино и сериалы