"Атаман кочевой станицы.
"Атаман кочевой станицы. Новый рейс." "Задонск. Крестный ход. Мысль № 1". (Часть 4.3.1 ) Вышли мы, конечно, из монастыря нарядно, аки лейб-гвардия Преображенского полка, только разве что не строевым шагом. Но отцы церкви, шедшие во главе шествия, были люди матерые и строй держали четко. Мы вчетвером с хоругвями тоже не подвели. Я так увлекся, что на одном из поворотов чуть по-курсантски не скомандовал: "Левое плечо вперед!". Впрочем, и без команды мы управились довольно слаженно. Мимо своей машины я прошел с высоко поднятым стягом и блеском в глазах, аки Андрей Миронов в памятном моменте фильма "Бриллиантовая рука" и... ...только тут я вспомнил слова "атамана Юры" о том, что недавно здесь был Крестный ход на 120 км из Воронежа в Задонск. И я задумался: - А если это они еще и обратно пойти решили? - мелькнула шальная мысль. "Сливаться" тоже было уже никак нельзя. Так сказать, отступать некуда, за нами Задонск, в руках Спаситель. Вперед! - Вот охренеет Храмченко, если я припрусь к нему обратно в Воронеж пешком, в протертых сандалях и без машины... - подумал я и скептически добавил, - Если конечно дойду. Хоругвь была в целом не очень тяжелая, но ветер иной раз увлекал древко в сторону. Мужик моих лет из "Русской общины" (ранее известный читателю как "Богородица, вот сюда становись!") шел конечно справно. Сказывалась много лучшая физическая форма. Я же нес хоругвь на манер армейского знамени, придерживая ее плечом, но время от времени менял то руки, то плечи. Примерно через километр монотонного движения, но с песнопениями и православными кричалками, я неожиданно задумался о Спасителе. - Вот иду я с вообще-то легким грузом, прошел всего километр. А Спаситель тащил на Голгофу охрененно тяжелый крест и не ныл. Причем с полным осознанием итога этой физкультуры. И что-то так стыдно стало перед Сыном Божьем, что прямо даже как-то не по себе. Столько дел хороших Господь сделал за свои 33 года... Да, распяли его в итоге, считай, что за это, но так и ныне... - Ни одно доброе дело не должно остаться безнаказанным. - Инициатива наказуема! - Всякая операция завершается наказанием невиновных и награждением непричастных! Шли в голову и прочие "невеселые" афоризмы. Афоризмы, конечно, по-житейски "мудрые", но суть-то их в чем? Откажись от стремления к Добру, к Правде, к Справедливости, к Богу... Откажись сам! И будет тебе хорошо, комфортно, сытно, тепло в твоем... ...болоте. Бесовская это "мудрость" выходит-то? - Не хочу я в политику, не хочу в депутаты, не хочу я в чиновники, не хочу я... - ибо вот такими "мудрыми" присказками я обучен. И бес такой по голове гладит и хвалит: - Правильно, Емеля! Правильно! Не ходи! Пусть там все МОИ будут, а если и есть там кто из ваших, СВЕТЛЫХ, так пусть не ждут тебя в помощь! - Пусть, как индейцы в резервации живут и жалеют, что в свое время "народную" мудрость не послушали... ...Или того лучше - на мою сторону пусть переходят под влиянием моего большинства! И мне стало вообще нехорошо. Ну, ведь так же и живем! Ибо власть считаем "кормушкой", а себя, кто не при ней, "благородными" такими, отвергшими омут алчности, амбиций и похоти... Как будто тебя прямо туда за руки и за ноги тащили, а ты уперся и кричал: - Изыдьте, нечестивые! Не пойду я в губернаторы! Сгиньте в аду! А они тянут и тянут, уже и секретаршу - демонессу 90/60/90 в глаза тычут, а ты такой: - Господи, сокруши нечисть! И мысли только про свою жену. Ну, ведь не так же дело обстоит? Лицемерие это - "я отказался от власти!". Просто стоишь ты перед этой Голгофой маленький такой, крест тяжеленный, еще и черти с копьями и плетями вокруг... И не хочешь ты на штурм этот идти! Ты не хочешь! И плеча таких же придурков, как ты сам, рядом не чувствуешь! Таких, чтоб стеной за тобой стали, как дружина Дмитрия Донского! Зато легионы тех, кто свою кормушку стережет, видишь отлично. И что в итоге? А в итоге берешь и "сливаешься", типа гордый ты и не пойдешь на штурм... А вокруг тебя такие же "гордые" и "честные"... - И я не пойду! - И я не пойду! - И я молодец! В смысле, тоже не пойду!