Помню в шесть лет по субботам с утра я сидел в его огромном прокуренном кабинете на 11 ...
Помню в шесть лет по субботам с утра я сидел в его огромном прокуренном кабинете на 11 этаже Дома печати, а он со строкомером в руках и двуцветным, красно-синим карандашом, старательно затягиваясь очередной, уже пятой за час сигаретой рисовал очередной выпуск своей газеты. Высчитывал строки. 250 газетных строк - полоса. А журналисты, наборщики, фотографы заходили к нему, что-то говорили... А я пропитывался этим табачным дымом и романтикой журналистики... Лет в десять, сидя дома на полу я старательно описывал свои ощущения от просмотренного фильма, а он посмотрел текст: я молодец. Высшая оценка... Помню, как лет в тринадцать стал осознанно приходить к нему на работу, помогая набирать тексты будущих газетных колонок и... тот же табачный дым. Лет в шестнадцать, работая в его редакции уже сам писал тексты и получал редакционные задания. Так, мелкие заметки, пробы пера. Помню уже другой, но такой же прокуренный кабинет, мои, скомканные им, "нетленки". Он не учил, не говорил как правильно. Переделай! Именно это учило думать и творить. Спустя пару лет, сидя дома по ночам на своем первом компьютере я старательно перепечатывал его стихи. Большие папки с завязочками, а в них разные листы – маленькие, большие, уже пожелтевшие и совсем белые, прокуренные и порой пропитанные скупой мужской слезой, болью за Родину и страну. А потом, уже распечатанные листы он, перепутав все, выстраивая их в свой, определенный порядок, ставил меня в тупик... Помню, как он, борясь с болезнью работал до последних сил, а в мои семейно-деловые обязанности добавилась работа курьера текстов и макетов. Помню, как он ушел с любимой работы, которой посвятил всю жизнь, помню наши разговоры в мои приезды домой, когда он уже не вставал с кровати, когда уже он у меня просил сигареты, наполняя последнюю свою комнату таким привычным табачным дымом... А потом моего деда не стало... #память #деньпамяти #александрафанасьев