Рубрика «Знакомьтесь, наши преподаватели!»
Рубрика «Знакомьтесь, наши преподаватели!» В нашей школе работают удивительные люди. И сегодня мы хотим познакомить вас с человеком, чьё имя знают, наверное, все, кто хоть раз сталкивался с настройкой фортепиано в Севастополе — Дрибасом Александром Николаевичем. Александр Николаевич — преподаватель по фортепиано, концертмейстер, участник педагогического ансамбля «Резонанс» и городского хорового коллектива. Но есть у него ещё одна профессия, которая делает его поистине уникальным специалистом. Таких высококлассных мастеров в Севастополе и Крыму — по пальцам перечесть. Он — настройщик фортепиано и роялей. И член комиссии по приёмке и настройке инструментов. Казалось бы, что тут особенного — взять и настроить пианино? Но на самом деле это целая наука, в которой переплелись математика, физика и... чувство прекрасного. Представьте: в фортепиано больше двухсот струн. Каждую из них мастер за время настройки «протягивает» не меньше трёх раз, а натяжение одной струны достигает ста килограммов . И всё это — ради нескольких минут звучания, которые должны быть идеальными. Но самое интересное — это то, как настраивается инструмент. Ещё в древности музыканты заметили: если настроить инструмент «идеально чисто» с точки зрения математики, играть в разных тональностях становится невозможно. Одни звучат прекрасно, другие — режут слух. И вот тут на сцену выходит гений. Иоганн Себастьян Бах — тот самый, чьи произведения сегодня играют все пианисты мира — предложил систему, которая изменила всё. Он назвал её «хорошей темперацией» (от латинского temperatio — «правильное соотношение, соразмерность») . Суть проста и гениальна: если «слегка испортить» чистоту каждого интервала, но сделать это равномерно, то все двадцать четыре тональности станут одинаково "играбельными" . Именно Бах доказал это своим знаменитым «Хорошо темперированным клавиром» — сборником прелюдий и фуг во всех тональностях . Сам факт создания такого цикла был манифестом: смотрите, так можно! И именно эта система настройки привела нас к тому фортепиано, которое мы знаем сегодня . Вот чем занимается Александр Николаевич каждый раз, когда берёт в руки ключ для настройки. Он не просто «подкручивает струны» — он выстраивает ту самую гармонию, которую Бах подарил миру. И каждый раз, когда наши ученики садятся за инструмент, они играют на рояле, в котором живёт эта математика, ставшая музыкой. Мы несказанно рады, что в нашей школе есть такой человек. Спасибо, Александр Николаевич, за Ваш труд, за Ваш слух и за то, что благодаря Вам наши инструменты звучат так, как должны.