Плата за сетевую мощность: чем предлагаемый в России подход отличается от мировой практики
Плата за сетевую мощность: чем предлагаемый в России подход отличается от мировой практики В России обсуждают изменение принципа оплаты услуг по передаче электроэнергии: предлагается оплачивать за «бумажную максимальную мощность», закрепленную в документах о технологическом присоединении, независимо от фактического потребления. Эксперты по международным энергорынкам считают такой подход необоснованным и указывают на зарубежный опыт, где платежи за сетевую мощность обычно привязаны к измеряемым показателям или могут оперативно корректироваться самим потребителем услуг. В США промышленные и коммерческие потребители могут платить demand charge - плату за максимальную фактическую нагрузку за расчетный период. Обычно учитывается пик потребления за интервал продолжительностью 15–30 минут. Таким образом, размер платежа зависит от того, какую нагрузку потребитель действительно создает для энергосистемы. В Германии и Франции применяются тарифные компоненты, связанные с заявленной (и оперативно изменяемой) или измеренной мощностью. В отдельных моделях потребитель может корректировать согласованный уровень мощности, а превышение установленных параметров отражается на стоимости услуг. В Австралии и Великобритании развиваются тарифы, учитывающие нагрузку в часы максимального напряжения на сеть. Это стимулирует предприятия переносить часть потребления на другие периоды и сглаживать графики нагрузки. В Бразилии используется механизм контрактной мощности: потребитель выбирает согласованный объем, может пересматривать его, а превышение установленного уровня влечет дополнительные платежи. По мнению вице-президента Ассоциации малой энергетики Валерия Жихарева, общий принцип зарубежных моделей заключается в том, что потребитель платит с учетом нагрузки, которую он создает для сети, а не за формальное право использовать определенную мощность. Такая система не только дает предприятиям экономический стимул управлять энергопотреблением: переносить энергоемкие процессы, снижать пики и эффективнее использовать подключенную мощность, но и позволяет эффективно встраиваться в работу энергосистемы ИИ и использовать эффекты применения технологий новой энергетики. Для сетевых компаний это может означать более равномерную нагрузку и снижение потребности в строительстве инфраструктуры под кратковременные максимумы. Зарубежные модели различаются по странам, категориям потребителей и устройству тарифного регулирования. Поэтому прямое сопоставление с российской системой требует учитывать не только логику расчета, но и правила пересмотра мощности, ответственность за превышение лимитов и порядок определения и перенесения на потребителей сетевых затрат. Предлагаемый в России подход вызывает вопросы прежде всего из-за возможного использования «бумажной» максимальной мощности, закрепленной в документах о технологическом присоединении, без учета ее фактической доступности. Жихарев считает, что это принципиально отличается от моделей, в которых платеж зависит от измеренной нагрузки или пересматриваемого договорного параметра. В результате предприятия могут столкнуться с расходами за сетевую мощность, которую они физически не могут использовать или которая не обеспечена реальной сетевой инфраструктурой, а государство с дополнительными барьерами для энергоёмких отраслей, включая инфраструктуру для развития суверенного искусственного интеллекта».
Канал в каталоге Максиметера
469 подписчиков · Новости