🤩 Сегодня мы знакомим вас с фрагментами бесценного наследия Ефима Фадеевича – цитатами... — 4 августа 2026 г. в 06:42:17.935
🤩 Сегодня мы знакомим вас с фрагментами бесценного наследия Ефима Фадеевича – цитатами из его Дневников, а также отрывком из свадебной песни «Ко Настасьюшки сокол прилетал». Главной рассказчицей Грушина была его мать, Анастасия Ларионовна, родившаяся ещё в 1820-х годах в соседнем селе Илебники. Она не знала точной даты своего рождения — такова была судьба крепостной крестьянки. 📖 Вот как сын описывает её многотрудный путь: «Она родилась в селе Элебонки (Илебники) Касимовского уезда Рязанской -губернии, около двадцатых годов, во время полного разгара крепостного права. Мать она свою не помнить, так как осталась после ея смерти 4-х лет... Когда матушка была девочкой, лет вероятно 13 или 14, в это время был сильный голод. Как она рассказываеть, ели гнилую колоду. Это делалось так: брали в лесу очень сгнившее дерево, сушили его, затем, вероятно, толкли, сеяли решетом и уже мешали пополам с мукой, делали тесто и пекли хлеба… В первый великий голод дети, в том числе и моя мать, 13-летняя девочка, бегали по полям, искали лебеду врасхват, с дракою ея рвали и несли домой на хлеба́». Зато она помнила всё: песни, обычаи, голоса предков. Именно ей мы обязаны уникальным описанием рязанской крестьянской свадьбы, дошедшей до нас из глубины XIX века. Эти записи — единственное известное на сегодняшний день столь детальное свидетельство свадебного обряда первой половины 1800-х годов в нашем регионе: «Старинная свадьба начиналась так. Невеста и жених не имели права выражать свои чувства явно окружающим, а поэтому жених или невеста не могли показать пальцем друг на друга, что я его люблю или я ея люблю. Это делалось всё помимо их воли и желания, старшими. Так, что жених никогда не знал, где его будущая подруга жизни и также невеста...» Грушин не просто пересказывал обряды. Он записывал их с этнографической скрупулёзностью, сохраняя живую речь, диалектные слова и интонации своих земляков. Вот как он описывает начало сватовства: «Приходять родители жениха к родителям невесты и говорять: «У Вас невеста, у нас жених». Если получен ответ (согласие), то бъють по рукам и молятся Богу... Это можно назвать 1-ая часть свадьбы (запой)». А рядом — детали быта, которые оживляют историю. Мы узнаём, как были устроены избы, овины и амбары, какие применялись технологии и инструменты при. Но самое ценное — Грушин иллюстрировал свои тексты. Он рисовал костюмы, головные уборы, украшения, сарафаны, в которых ходили свинчусские «мужики и бабы». Сегодня эти рисунки — на вес золота: они позволяют с точностью восстановить, как выглядела наша прабабушка в праздничный день. И, конечно же, песни! И не просто тексты, а мелодии, записанные на нотном стане. Его мать Анастасия Ларионовна обладала прекрасным голосом и была первой запевалой на селе. Отец любил «играть песни». Этот семейный дуэт позволил Грушину собрать уникальную коллекцию фольклора. Он записывал не только слова, но и напевы — свадебные, обрядовые, лирические, праздничные. Для нас это бесценный дар. Мы можем не просто прочитать, как пели наши предки, но и услышать — пусть и в нотной записи — их голоса, интонации, манеру исполнения. Предлагаем вашему вниманию отрывок из песни «Ко Настюшки сокол прилетал» в исполнении ансамбля «Русалица». 🤔 Казалось бы, зачем нам, людям XXI века, знать, как тридцать человек садились за деревянные тарелки под присмотром деда с кнутом? Или почему мать невесты не ходила на «запой»? 1⃣ Во-первых, это наша идентичность. В дневниках Грушина — не просто «фольклор». Это целая философия: уважение к старшим, ответственность рода, мудрость в отношениях. Это кодекс чести, который формировался веками. Потерять это — значит потерять себя. 2⃣ Во-вторых, это бесценный материал для всех: - Для этнографов — это «золотой стандарт» описания обряда, где каждая деталь задокументирована. - Для историков костюма — это настоящий каталог рязанского народного наряда. - Для краеведов и музейщиков — это основа для реконструкций и выставок.