Игорь Рабинер сделал прекрасное интервью с Геннадием Хазновым. Я уже писал, что залипаю...
Игорь Рабинер сделал прекрасное интервью с Геннадием Хазновым. Я уже писал, что залипаю на его канале на ютьюбчике, где он не строит из себя студента кулинарного техникума, а глубоко анализирует социокультурные явления и не только. А еще сегодня 97 лет исполнилось бы великому Льву Ивановичу Яшину. Реально главный футболист СССР, да и не только СССР. Символично, что вратарь. Не менее символично, что абсолютно до неприличия скромный... Ему даже Героя Соцтруда успели вручить за несколько дней до смерти (Никите Симоняну, увы, орден этот вручить не успели). Никогда ничего не просил. Я его, кончено, не видел не то, что на поле, но и вообще, однако немного знаком с его дочерью Ириной Львовной. Как-то она даже показывала мне тот самый "Золотой мяч". А Хазанов Яшина знал... И рассказал о нем. "Одна встреча с Симоняном много лет назад у нас произошла при очень грустных обстоятельствах. 20 марта 1990 года умер Лев Яшин. А за три дня до того мне позвонила Валентина Тимофеевна и сказала: «Лева умирает. И очень хочет, чтобы ты приехал». У меня вот-вот был вылет в Омск, и перед ним я поехал к нему домой. Яшины как раз ждали Рафика Нишанова (председателя Совета национальностей Верховного Совета СССР), который должен был привезти Леве звезду Героя Социалистического Труда. И Никита Павлович там тоже был. Короче говоря, мы сидели со Львом Ивановичем — есть последние его фотографии при жизни, которые тогда и сделаны. И он, уже без обеих ног, нагибается ко мне своей оставшейся половиной и говорит: «Генка, зачем мне эта звезда, когда я умираю?» Вы не представляете, какую работу внутри меня проделал этот человек. Одной фразой Яшин объяснил мне всю бренность этих побрякушек, полную бессмыслицу подчинения жизни всяким официальным наградам. Я как-то сразу понял, что не это главное в жизни. Человек так устроен, что ему хочется государственного признания. Все мало, мало... На самом деле это такая чушь! Но надо прожить жизнь, чтобы к этому прийти. Когда Леву хоронили, я шел и все время об этом думал. Сколько мудрости было в тех его словах. Когда три года назад у «Динамо» был столетний юбилей — записывал на видео обращение. И, поздравив, затем зачитал статью Александра Марьямова (советский писатель и драматург), которая очень меня тронула. О том, как в каком-то московском кинотеатре был юбилей фильма «Вратарь», туда пригласили Яшина, Маслаченко. Потом был небольшой банкет — бутылка водки, какие-то бутерброды. И Лев Иванович, у которого уже не было ноги, говорил: «На чемпионате мира в Испании Пеле, узнав, что я приехал, организовал в самом дорогом отеле и лично оплатил прием в мою честь. Это стоило ему кучу денег. А я бы даже за этот скромный стол заплатить не смог бы». Все, что у него в кармане было, — пять рублей на такси до дома. Так тяжело и ужасно обо всем этом говорить... Да не только после карьеры к нему так относились — и во время нее. Одной истории после чемпионата мира в Чили достаточно. Что там говорить, если человека, столько сделавшего для страны, после одного чемпионата, который даже по телевизору не показывали, затравили и едва не выкинули из футбола. Зато потом, когда он снова своими силами поднялся и всего достиг, опять начали боготворить. Чего стоит эта «любовь» после того, что было вслед за Чили? Три копейки она стоит. Не надо обманывать себя. А кумиры любят жить в этом бульоне самообмана, это льстит их самолюбию, и они думают, что слава будет продолжаться всегда...