Легла в больницу и поняла, что младшая сестра сразу приехала в дом к мужу. С детства со...
Легла в больницу и поняла, что младшая сестра сразу приехала в дом к мужу. С детства соперничали, подгадала удобный момент🔥💥🔥 - Ну как ты там один? - Мария рассматривала движение в нависшей над ней капельнице и расспрашивала мужа по телефону, - нормально поел или опять шаурму купил? - Все хорошо, не переживай. Нормально поел, - заверил голос на том конце провода. Маша выдохнула, заметив насмешливые переглядывания соседок по палате. Еще бы: позавчера она корчилась на койке, сжимая пальцами простынь, в ожидании пусть щадящей, но операции, а все волновалась о муже, который один остался дома без ее присмотра. А уж когда камень из желчного был удален, то беспокойство об "Андрюше" заняло все мысли женщины. - Нормально - это что? Там и плова, и щей на раз оставалось. - Да не переживай, мясо ел с булгуром перед работой. Нормальная еда, домашняя. На слове "булгур" Мария почувствовала, что ее как будто ударило током. В глазах не потемнело, а появилась белая вспышка. Ни она, ни ее муж булгур никогда не готовили. Да и вообще никто из знакомых не интересовался новомодной крупой. Кроме одного человека - ее младшей сестры, Ани. - Ты там без меня изысками балуешься? - Маша попыталась пошутить, но внутри уже начинало колотить волнение. - Ну… да… В магазине увидел и что-то купить захотелось. Все хорошо, не переживай. Я тебе после работы перезвоню, сейчас дел много. Самые плохие ожидания оправдались. Андрей отвечал неуверенно. Как всегда, когда он говорил неправду. Маша скорее бы поверила, что ее муж наконец запомнил название ее стирального порошка, чем купил что-то кроме макарон, сосисок и пачки пельменей. Веские семейные обстоятельства Мария собралась с силами, поправила волосы перед зеркалом и вышла в больничный коридор. Ходить еще было тяжело, но она решила ничем не выдавать давящую боль в боку. Соседки по палате рассказывали ей, что одну выписали уже на следующий день после лапароскопии. Значит, и ее могут отпустить домой. Медсестра на посту подсказала, что нужно подойти в кабинет к лечащему врачу. Мария подождала полчаса под дверью, и с каждой минутой ее беспокойство усиливалось. - Леонид Викторович, не могли бы Вы выписать меня сегодня? Я себя хорошо чувствую. Врач непонимающе посмотрел на женщину поверх очков: - Куда Вы торопитесь? Полежите еще пару дней, мы Вас понаблюдаем. Хотя бы анализов нужно дождаться. Идите, отдыхайте. - У меня семейные обстоятельства. Мне не хотелось бы вдаваться в подробности, но мне очень надо домой. Пожалуйста. - Дочь у Вас вроде взрослая, - мужчина пробежался по первому листу карты. - В другом дело. Это личное, но очень важное! - Мария не сдавалась, - если надо написать отказ от лечения, я готова. - Значит, муж… - пробормотал врач под нос. Марии не хотелось вдаваться в подробности. Она даже соседке по палате, с которой сдружилась за пару дней, ничего говорить не стала. А то подумает, что Маша - неадекватная ревнивица. Но основания для подозрений у нее были. Соперничество за любовь С Аней, младшей сестрой, Мария никогда не была близка. Еще с детства Аня подставляла ее перед родителями и исподтишка портила вещи старшей сестры. Когда мама пыталась разобраться или защитить Машу, младшая заливалась громким плачем, а повзрослев - демонстративно уходила из дома. Самым болезненным было воспоминание о дневнике. Когда 11-летняя Аня нашла личный дневник 14-летней Маши, она прочитала его от корки до корки и вынесла во двор, чтобы показать мальчикам. Среди ребят был и тот, о чувствах к которому было исписано несколько листов подростковым почерком. Возвращаясь домой в тот день, девочка сразу услышала смех с лавочек, где сидели парни. Вдруг тот самый Дима встал и стал громко, с выражением читать строки, в которых Маша описывала, как мечтает его поцеловать, когда видит в школе. - Когда он проходит мимо меня, - декларировал красный от смеха Дима, - в моем животе что-то сжимается!