– Мама лучше знает, – буркнул Антон перед ЗАГСом. Я сняла кольцо. Через месяц он позвон...
– Мама лучше знает, – буркнул Антон перед ЗАГСом. Я сняла кольцо. Через месяц он позвонил мне прямо со своей свадьбы. До нашей регистрации оставалось меньше трёх часов, когда его мать, Лариса Викторовна, протянула мне синюю папку. – Подпиши здесь и на последней странице. В одиннадцать у нотариуса запись, потом спокойно поедем в ЗАГС. Я открыла папку и сразу поняла: это совсем не тот брачный договор, который мы обсуждали с Антоном. – Здесь четырнадцать страниц. Предыдущий вариант состоял из шести. – Юрист просто уточнил формулировки, – ответил Антон. Я продолжила читать. Компания, доходы Антона и всё имущество, которое он приобретёт в браке на своё имя, оставались исключительно его. А семейные расходы предполагалось делить между нами. – Ты действительно считаешь это справедливым? Антон вздохнул: – Компания и квартира мои, я создал их до брака. Что тут обсуждать? – Я не претендую на твоё имущество. Но почему всё, что появится у тебя после свадьбы, автоматически твоё, а расходы – наши? За сына ответила его мать: – Мужчина несёт основные риски. Антон развивает бизнес, поэтому его имущество нужно защитить. – А мои риски кто учитывает? – У тебя есть квартира и хорошая профессия. Тебя никто не собирается содержать. Я закрыла папку. – Тогда почему решение о моём будущем браке приняли вы, Антон и юрист, а мне просто принесли готовый документ? – Мама хотела помочь, – раздражённо сказал Антон. – Не превращай заботу в унижение. – Она не торт нам выбирает. Она принесла юридический документ и решила, когда я должна его подписать. Лариса Викторовна посмотрела на сына: – Я предупреждала, что так будет. Для Ирины любой разумный порядок выглядит как попытка её контролировать. Я усмехнулась. – Очень удобно. Если я согласна – я разумная. Если задаю вопросы – у меня проблемы с контролем. Я сняла кольцо и положила его на стол. – Свадьбы не будет. Антон побледнел, но ничего не ответил.