Вчера тренеру по каратэ Сергей Вертелецкому позвонил ученик и сказал, что не придет на ...
Вчера тренеру по каратэ Сергей Вертелецкому позвонил ученик и сказал, что не придет на тренировку, потому что мать с отцом разводятся и еще не определили, кто из двоих будет оплачивать тренировки. «Так, ты, знаешь что… – сказал тренер. – Собираешься и приходишь». «Приду, сенсей» – ответил ученик. Мне Вертелецкий сказал – «Ну не заплатят, так не заплатят. А я парня вел, готовил. Мне теперь что, отказаться от человека?». У него есть и другие ученики, которые живут с одной мамой, и мамы отдали сыновей тренеру, надеясь, что хотя бы тот воспитает в них мужчину. Вертелецкий постоянно думал, как воспитать из мальчика защитника, успешного человека. Он разговаривает с учениками, хвалит за выбор будущей профессии, и парня, который решил в сварщики идти, тоже хвалил. А недавно приходила одна мать, привела «этого». Нервно сказала – «Я больше не справляюсь с ним! Я одна!». Тренер посадил парня перед собой – «У тебя мать одна? Что молчишь?! Одна! Мать для тебя зарабатывает? Что молчишь, если зарабатывает? Мать надрывается? Мать тебе еду готовит? Ты в чем-нибудь нуждаешься? Что молчишь? Мать себе давно новые туфли покупала? А ты спроси у матери, она хочет себе туфли купить?». «Конечно, хочу» – сказала мать и расплакавшись вышла, чтоб не мешать мужскому разговору. Вообще, Вертелецкий всегда думает о том, как бы получше рассказать детям о патриотизме. Но он слишком много общается с детьми, чтобы верить, будто патриотизм усваивается из слов про него и про ценности. Но когда началась СВО, он решил уходить. Обдумал решение, выбрал старших учеников, которые смогут контролировать младших, записал занятия на видео, построил детей – всех своих учеников и мальчиков и девочек – и объявил: «Ухожу на фронт». Мальчики поникли, девочки расплакались. Вечером родители написали ему – «Сенсей, что ж вы молчите? Говорите, какая помощь в экипировке нужна?». На фронт тренера собирали родители, даже те, которые не всегда могли платить за занятия. И потом постоянно скидывались на «птиц», присылали на фронт. Пока тренер воевал, ученики занимались по подготовленным им видеоурокам, к другому тренеру никто не ушел. Дети записывали ему слова поддержки, присылали видео, и, когда на войте становилось грустно, тренер показывал эти видео бойцам. Вертелецкий был ранен в руку, когда шел замыкающим в группе. Он крикнул, чтобы никто из группы не приближался к нему. Но один его сослуживец все равно подошел со словами – «Эх, сенсей, сенсей. Давай вместе выходить». Вертелецкого вывели к эвакуационной группе, доставили в госпиталь Луганска, а потом в другой, поближе к дому. И вдруг туда приехала пицца. Ее было много, на всю палату. Это ученики узнали, что тренер в госпитале, и заказали туда пиццу. «Там, наверное, не один тренер в палате лежит, - сказали им родители. – Заказывайте на всех». Пока тренер лечился, пицца приезжала регулярно. И, наконец, к одному раненому собралась жена. «Везу тебе курицу» – сказала она ему по телефону. «Какую курицу?! – закричал раненый. – Четыре курицы вези! Я тут не один! Меня тут так научили, по-другому есть не буду». Вертелецкий поправился и снова работает в секции в Калуге. Когда он зашел в секцию, все были на месте. Мальчики кинулись обниматься, девочки плакали. И вдруг сенсей увидел, что его дети за это время сильно изменилось. Дело не в том, что подросли. Взрослыми их сделало ожидание с фронта. Вертелецкий и теперь всё думает – как бы так сделать, чтоб дети выросли защитниками. Хотя очевидно, что он живым примером уже всё показал.