Серия 2. Сам умеет
Серия 2. Сам умеет Следующие две недели Виктор Павлович словно решил доказать дочери, что она вообще плохо его знает. Сначала сам записался к стоматологу, потом съездил за результатами анализов, которые Татьяна уже собиралась забрать после работы. В среду вечером прислал фотографию кастрюли. На поверхности борща плавали укроп и слишком крупно нарезанная картошка, а под снимком стояло гордое: «Не падай. Сам сварил». Татьяна перезвонила сразу. — Только честно: ты сам готовил или Людмила всё сделала, а ты теперь выдаёшь чужой борщ за собственный? — Нет, я специально вызвал повара, а перед твоим звонком спрятал его в ванной. Люда дала рецепт по телефону, дальше справился сам. Ничего, съедобно, поэтому в воскресенье можешь не привозить котлет на половину недели. Последняя фраза задела Татьяну больше, чем следовало. Казалось бы, именно этого она и хотела много лет: чтобы отец нормально ел, следил за собой и хоть что-нибудь делал без её участия. Но теперь, когда он действительно начал справляться, вместе с облегчением появилось странное чувство, будто у неё незаметно забирают привычное место. В субботу Татьяна встретилась с дочерью Юлей. Та опоздала на десять минут, бросила сумку на соседний стул, заказала большой капучино и выслушала рассказ о дедушкином борще, банке, стоматологе и неожиданном умении покупать продукты без предварительной консультации. — Мам, я пытаюсь понять, что тебя не устраивает. Ты сейчас жалуешься, что дед стал самостоятельнее? — Я не жалуюсь. Мне просто странно. Восемь лет человек говорил, что ничего этого не умеет. — Или восемь лет не делал, потому что ты делала раньше него. Это всё-таки немного разные вещи. Татьяна отодвинула чашку. — Когда бабушка умерла, он вообще ничего не мог. Ты маленькая была и не помнишь. Он не знал, где лежат квитанции, какие таблетки принимает, когда в последний раз менял постель. Я его буквально вытаскивала. Юля кивнула. — В первый год — точно. Может быть, и во второй. Но потом дед уже сам ездил на дачу, менял колёса, заказывал через интернет какой-то насос и ругался с электриками. Только к терапевту его почему-то продолжала записывать ты. — Потому что если я не запишу, он не пойдёт. — А ты хоть раз за последние лет пять проверяла, что будет, если не запишешь? Татьяна уже открыла рот, когда позвонил отец. — Танюш, ты завтра во сколько собиралась приехать? — Как обычно, к одиннадцати. Я ещё хотела тебе постель поменять и таблетки посмотреть. — Не приезжай. Мы с Людой кольца выбираем, потом к её сестре едем. Продукты я купил, лекарства есть, вчера даже пропылесосил. Под диван не полез, но санитарную службу пока можно не вызывать. — А вечером дома будешь? Я могу после шести заехать. — Буду, только зачем? Отдохни. У тебя выходной всё-таки. После разговора Юля молча смотрела на мать. — Даже не начинай. Я и без твоих комментариев всё понимаю. — Я ничего не сказала. — Вот именно. У тебя очень разговорчивое лицо. В воскресенье Татьяна проснулась в половине девятого по привычке. Сначала решила разобрать шкаф, потом включила сериал и через двадцать минут выключила. Сварила кофе, достала книгу и прочла три страницы, не запомнив ни одной. К половине двенадцатого несколько раз проверила телефон: вдруг отец звонил, а она не услышала. Телефон молчал, и к двум часам Татьяна с раздражением поняла: свободного времени она хотела много лет, но совершенно не умела жить внутри этого свободного времени. 📚 Все мои каналы с историями — здесь
Канал в каталоге Максиметера
1 220 подписчиков · Психология