С Воскресным днём!
С Воскресным днём! Вдумаемся несколько минут в притчу, которую мы слышали сегодня. Некий человек пригласил самых своих, видимо, близких людей на пир, то есть разделить с ним его радость, вместе с ним побыть в радости его. И эти приглашенные один за другим отказались. У каждого была своя причина: один купил клочок земли, крепко осел на этой земле, овладел ею, стал хозяином, и не было у него времени и охоты разделить чужую радость – у него была своя. Другой человек купил пять пар волов, ему надо было работать, у него была задача в жизни, ему некогда было погружаться в радость другого человека, быть бездельным в чужой радости, когда у него было дело земное, свое творчество. Третий женился; он нашел свою радость, и потому не до чужой радости ему было. Все отвернулись от своего друга потому, что они нашли нечто, занимавшее их больше дружбы, больше любви, больше верности. Не такова ли наша судьба? Зовет нас Господь разделить с Ним жизнь, Его жизнь, разделить с Ним вечную, небесную жизнь и, значит, и вечную радость. И мы говорим: Да, Господи, придем, но придем тогда, когда нечего нам будет делать на земле, а пока есть клок земли, к которому можно прилипнуть сердцем, пока есть дело, которым можно увлечься и опьянеть, пока есть своя радость, пусть маленькая, но своя, – до Твоей, Господи, радости дела нет. Придет время, когда отойдут от нас эти радости, может быть, тогда вспомним о том, что Ты нас приглашал к Себе; может быть, когда своего не будет, поживимся чужим, Твоим... Разве не так мы живем? Каждый к чему-то сердцем прилип, каждый чем-то увлекся до опьянения, каждый ищет свой радости – а жизнь течет, и Господь пришел на эту землю и открыл нам Свою радость. Он пришел на эту землю и всю ее так полюбил, что если мы с Ним были бы, она вся была бы наша. Но не собственнически, не так, как хозяин переживает обладание землей, а как художник видит красоту и, свободный от обладания, ликует об этой красоте. Господь вошел в жизнь, и творит дело, и зовет нас стать участниками этого дела, дела преображения жизни, преображения мира, превращения земли в Царство Небесное; но это требует большого сердца и широко раскрытой любви; это требует, чтобы не только свое, но и чужое дело считать своим, чтобы так открылась наша душа, что дело Божие стало бы нашим делом и чтобы мы могли забыть свои поделки для большого дела Божия. И у каждого из нас сердце раскрывается любовью к кому-нибудь, а Господь нам говорит: Твое сердце слишком узко, слишком узко сердце твое, открой его шире, полюби любимых и нелюбимых, полюби своих, но также и чужих, полюби жертвенной любовью, способной себя забыть... Но этого-то ни мы, ни люди, описанные в притче, не умеем сделать: именно себя забыть не умеем, и ждем, чтобы нас забыла земная радость для того, чтобы вспомнить о радости небесной. И проходит жизнь, и проходим мы мимо жизни – потому что мы могли бы и теперь этой жизнью жить. Господь нам говорит: «Ищите прежде всего Царство Небесное» – но Он не прибавляет: А другое все будет у вас отнято; наоборот, Он говорит: «Все остальное приложится» к тому... Неужели мы не можем понять, что Господь пришел на землю, чтобы дать нам жизнь, и жизнь с избытком, чтобы вся земля стала нам родная, а не только какой-то малый клочок ее, чтобы все дело, все творчество, весь путь земли стал бы нашим, а не только малое-малое, что мы можем сделать за короткое время земной жизни. И о том говорит Он, что любовь наша, которая охватывает столь немногих, может их удержать полностью, только если она забудет об обладании и вспомнит о бесконечном просторе любви Божией. Аминь. Митрополит Антоний Сурожский