(продолжение)
(продолжение) В это-то время пришли миссионеры разных вер. Мусульмане, западные христиане, иудеи – каждый хвалил свою веру. Но Владимир со свойственной ему независимостью отвергал одного за другим. Неожиданно, в беседе с пришедшим из Византии греческим монахом князя поразила наглядно представленная картина Страшного Суда. Жесткий в своих действиях князь сокрушен был жесткой правдой – воздаяние неминуемо! Никто не укроется от Суда Божия! И что-то в душе, в сокровенных глубинах совести откликнулось – картина Страшного Суда возвещает нам такую же страшную правду. Тайна внутренней перемены вершится незаметно. Ибо «Царствие Божие подобно тому, как если человек бросит семя в землю, и спит, и встает ночью и днем; и как семя всходит и растет, не знает он, ибо земля сама собою производит сперва зелень, потом колос, потом полное зерно в колосе» (Мк. 4: 26-28). Принимая миссионеров разных вер, Владимир был пассивным слушателем. Когда же он направил своих послов в другие страны испытать, как кто служит Богу, Владимир уже активно искал. И отзыв посетивших собор Софии Константинопольской: «Мы не знали, на небе ли находились или на земле» имел решающее значение, ибо оказывается, Небо может быть настолько близко, что земное уже не властвует над тобой. Дальше было еще много чего. Сложные отношения с византийским императором, осада Херсонеса и царевна Анна, болезнь глаз и слепота. Но Владимир уже знал, к чему шел, ибо о таких, как он, сказано в Евангелии: «Подобно Царство Небесное купцу, ищущему хороших жемчужин, который, найдя одну драгоценную жемчужину, пошел и продал всё, что имел, и купил ее» (Мф. 13: 45-46). И если когда-то отец его Святослав стыдился принять Крещение и говорил своей матери Ольге: «Меня засмеет дружина», то теперь Владимир принимает Крещение в Херсонесе вместе с дружиной. И знаменитые слова князя: «Теперь увидел я истинного Бога» означали не только исцеление телесных глаз, но отверзение очей бессмертной души, которой вдруг приоткрылось созерцание Бога. Что есть язычество? – Жизнь по страстям и даже некое торжество страсти, ее победное ликование в конкретно взятой душе. Но вот беда – сколько ни удовлетворяй греховную страсть, этим не насытишь свою бессмертную душу. Христианство же есть путь приобщения благодати Святого Духа, и, словно живительная роса, насыщает благодать Божия глубины человеческого духа. Князь Владимир несомненно обрел опыт соприкосновения с благодатью. И потому сердце его после Крещения стало иным. Князь распустил свой гарем и впредь жил с единственной, законно венчанной супругой – византийской царевной Анной. Крещение стало рубиконом, отделившим новое от ветхого. Когда ты обрел чистую, небесную радость, то зачем тебе низменное? Когда сердце наполнилось свободой, зачем тебе оковы страстей? Некогда коварный и жестокий, Владимир стал милостивым и открытым – изыскивал нуждающихся и кормил, и даже предполагал отменить смертную казнь, видимо, радужно думая, что после Крещения народа в жестких наказаниях не будет нужды. Было ли всё идеально? Нет. Но если бы нашу землю крестил безупречный человек, то как бы нам оправдаться? Русь была крещена человеком, знавшим внутреннюю борьбу. Но в этой борьбе воссияла победа и над коварнейшими из страстей. Это урок для всех нас, духовных потомков Владимира.