Лев Тихомиров о русских и православии
Лев Тихомиров о русских и православии О русских «Кто не знал еще недавно, что наше государство есть государство русское, не польское, не финское, не татарское, тем паче не еврейское, а именно русское, созданное русским народом, поддерживаемое русским народом и не способное прожить полустолетия, если в нем окажется подорвана гегемония русского народа?» «Русская империя создана и держится русским племенем. Все остальные племена, добровольно к ней присоединившиеся или введенные в ее состав невольными историческими условиями, не имеют значения основной опоры. В лучшем случае это друзья и помощники. В худших случаях — прямо враги». «Изо всех славянских племен одна великорусская раса обладает великими государственными инстинктами». «Элемент единения, общая скрепа — это мы, русские. Без нас Империя рассыплется… Нам должно помнить, что наше господство есть дело не просто национального эгоизма, а мировой долг». «Политическая сущность бытия русского народа состоит в том, что он создал свою особую концепцию государственности, которая ставит выше всего, выше юридических отношений, начало этическое». «Огромная сила России именно и обусловливается тем фактом, что содержание нашей национальной идеи допускает или, лучше сказать, непременно требует ее одухотворения самым высшим идеалом, какой только открыт человечеству. Отсюда так прискорбно отражается на нас всякое подражание духу других народов, ибо для нас оно дает понижение, а не повышение идеалов». «Русский народ не имеет надобности, чтобы получать от кого-либо Верховную Власть: он сам по себе ее имеет и может взять от “доверенного” (т.е. Царя), когда ему это покажется нужным». «Наш космополит, в сущности, даже не космополит, для его сердца не все страны одинаковы, а всё приятнее, нежели отечество. Духовное отечество для него — Франция или Англия, вообще “Европа”». «…когда ценишь Россию даже в ее слабостях, когда видишь, что ее слабости вовсе не унизительны, а сила так величественна». О православии «Нравственность православного зависит не от страха закона или даже общественного порицания. <…> Поэтому-то христианин, как гражданин, отличается наилучшими качествами. Он служит не за страх, а за совесть, служит “делу”, а не лицам». «В основе христианин стремится к нравственному “Богоподобию”, имея живой идеал во Христе, а способы и правила в достижении этого (хотя и недостижимого) идеала в учении и руководстве своей Церкви». «Церковь и государство — две стороны существования нации и лишь в совокупности выражают ее целое существование. Как Церковь, не переставая быть христианской, не может превратиться в изгоняющую государство теократию, так и государство не может изгнать Церковь из национальной жизни, не переставая быть христианским». «Объединяющим элементом Монархии и Церкви является народ. Народ есть тело церкви. В свою очередь монарх есть выразитель народных идеалов и веры». Церковь может «существовать, только будучи самостоятельной, неподчиненной никому, кроме своего Владыки — Христа», иначе она перестаёт «рождать ту высокую этику, из-за которой она и дорога для государства». «Отнимите постоянное воздействие духа православия, и тогда чем же русское государство будет отличаться от всякого другого? Следовательно, Европе нужно не государство, а православие. Если бы Европа прониклась духом православия, она бы создала столь же православные государства, как наше». Россия должна быть «православной страной, т.е. страной, направляемою духом православия в культуре, в учреждениях, в исторической роли своей». #русскиесупергерои