НЕ ЗАЩИЩАЙ МЕНЯ
НЕ ЗАЩИЩАЙ МЕНЯ СЕРИЯ 1. ЭТО Я ЕЁ ТОЛКНУЛА Елене позвонили из школы в половине второго, когда она стояла в очереди в банке и мысленно пересчитывала, успеет ли после обеда вернуться в офис. Женщина, представившаяся заместителем директора, говорила слишком официально и попросила приехать как можно скорее: произошёл несчастный случай, одна из учениц получила травму, а пятнадцатилетняя Саша имеет к случившемуся прямое отношение. Слово «травма» Елена услышала, остальное провалилось куда-то мимо. Через двадцать минут она уже вбегала в школьный вестибюль, путаясь в бахилах и не замечая, что несколько раз набрала дочери, хотя телефон Саши лежал в кабинете завуча. В кабинете находились сама Саша, классный руководитель и незнакомая женщина с красными пятнами на щеках. Последняя оказалась матерью Майи Крыловой, девочки из параллельного класса. Майю уже увезли в больницу: она упала на лестнице между вторым и третьим этажом, сильно ударилась рукой и головой. Насколько серьёзны последствия, пока никто не знал. Елена перевела взгляд на дочь. Саша сидела, вытянув ноги в чёрных кедах, и смотрела в пол. На лице ни слёз, ни обычного подросткового упрямства — только какая-то тяжёлая неподвижность. — Саша, что произошло? — Елена подошла ближе, но дочь даже головы не подняла. За неё ответила заместитель директора. Девочки поссорились возле лестницы, Майя упала, а Александра сразу сказала дежурному учителю, что толкнула её. Елена несколько секунд ждала, что дочь возразит, но Саша наконец посмотрела на мать и произнесла спокойно: — Это правда. Я её толкнула. Мать Майи резко поднялась. Анна Геннадьевна оказалась невысокой худой женщиной в светлом пальто, которое так и не сняла. Она спросила, зачем Саша это сделала, что Майя ей такого сказала и почему вообще пятнадцатилетняя девочка решила, что можно сталкивать человека с лестницы. Саша выслушала всё, не перебивая, и повторила, что они поругались, она разозлилась и толкнула. Елена смотрела на дочь и чувствовала не только ужас, но и недоверие. Саша могла вспылить, хлопнуть дверью, однажды разбила кружку после ссоры с младшим братом, но никогда в жизни не умела спокойно врать. Если придумывала причину опоздания, начинала чесать переносицу. Если скрывала двойку, говорила слишком быстро. Сейчас она сидела совершенно неподвижно, будто заранее выучила нужные слова. В школе договорились дождаться медицинского заключения и на следующий день провести отдельную встречу с администрацией. Анна Геннадьевна уехала в больницу, а Елена повела дочь к машине. Только там, когда двери закрылись и шум улицы остался снаружи, она спросила: — Посмотри на меня и скажи ещё раз, что ты столкнула Майю. Саша повернулась. Глаза у неё были сухие, но под ними залегли тёмные тени. — Мам, я уже всё сказала. Пожалуйста, не начинай делать то, что ты всегда делаешь: искать объяснение, звонить учителям, доказывать, что я хорошая. На этот раз не надо меня защищать. — Ты понимаешь, что девочка в больнице? Что это не разбитое окно и не прогул урока? — Понимаю. Елена крепче сжала руль. — Тогда объясни, зачем ты её толкнула. Саша отвернулась к окну и после долгой паузы сказала, что рассказывать больше нечего. Они поссорились, Майя сказала гадость, Саша вспылила — вот и всё. Дома их встретил двенадцатилетний Артём. Он сидел за кухонным столом с учебником географии и, увидев сестру, сразу встал. Елена заметила это движение: слишком быстрое, испуганное. — Что случилось? — спросил он. — Ничего, — ответила Саша и прошла мимо. Брат проводил её взглядом. Елена уже собиралась рассказать хотя бы часть, когда увидела его руки. Артём так сильно сжимал карандаш, что побелели пальцы. — Тёма, ты откуда знаешь, что что-то случилось? Карандаш выпал на стол. Мальчик поднял на мать глаза, и в них было ровно то же выражение, которое она час назад видела у Саши - страх. Не за сестру. Страх перед тем, что Елена сейчас начнёт задавать вопросы.