СЕРИЯ 4. — 6 сентября 2026 г. в 07:30:03.728
СЕРИЯ 4. ТА НОЧЬ На следующий день Олег сам приехал к Вере. Она заранее положила телефон на стол и включила запись. — Я буду записывать. Не потому, что хочу устроить тебе ловушку. Просто больше не собираюсь жить в семье, где потом каждый помнит разговор по-своему. Олег согласился. Говорил долго и почти не смотрел на племянницу. В ту ночь он действительно был за рулём. Выпил на празднике больше, чем следовало, но решил, что до мастерской доедет. С Ириной они поссорились ещё за столом: она случайно узнала, что Олег несколько месяцев забирает часть денег из мастерской мимо общей кассы. Нина считала, что бизнес почти ничего не приносит, экономила на доме и детях, а муж тем временем откладывал деньги отдельно. Ирина потребовала, чтобы утром он сам всё рассказал сестре. Когда она ушла, Олег сел в машину и поехал следом. Сначала хотел уговорить её не вмешиваться, потом спор продолжился прямо на дороге. Дождь усилился, Ирина шла по краю обочины, а он несколько раз останавливался рядом. — Я был злой. Не просто пьяный, не просто испуганный. Злой на неё за то, что она решила разрушить мою жизнь из-за денег, которые я собирался потом вернуть. В какой-то момент тронулся слишком резко, машину повело, и я задел её правой стороной. Вера почувствовала, как пальцы холодеют. Олег сразу остановился. Ирина лежала на дороге. Она была жива. Вот эту часть Вера заставила его повторить. Олег признался: вместо немедленного звонка в скорую он набрал Константина. Отец Веры приехал примерно через пятнадцать минут, увидел жену и только тогда вызвал помощь с автомата возле заправки, чтобы звонок нельзя было связать с телефоном Олега. — Почему папа не сообщил полиции сразу? — Потому что я просил. Нина была беременна, Юльке три года, мастерская только открылась. Я говорил, что Ирину уже не вернуть, а если меня посадят, разрушится ещё одна семья. — А мама в тот момент ещё дышала. Олег закрыл глаза. — Да. Скорая приехала быстро, но Ирину спасти не удалось. Позже Константину объяснили, что травмы были крайне тяжёлыми и вероятность выживания оставалась минимальной даже при более ранней помощи. Для Веры это ничего не меняло. После больницы отец помог Олегу спрятать машину в старом гараже. Сжечь её через два дня Олег решил уже сам. — Костя этого не знал. Когда понял, что я сделал, едва меня не убил. Потом сказал: если я хоть раз снова сяду пьяным за руль или попытаюсь свалить вину на Иру, он сам пойдёт в полицию. Вера слушала и не могла соединить услышанное с человеком, который потом двадцать два года воспитывал её, учил не врать и возмущался любой несправедливостью. — Почему вы продолжали общаться? Олег ответил, что первые годы почти не общались. Потом были Нина, дети, пожилые родители, семейные праздники. Постепенно внешне жизнь вернулась в привычное русло, хотя прежних отношений между мужчинами уже никогда не было. — Костя хотел рассказать тебе много раз. Особенно последние годы. — Но не рассказал. — Нет. — Тогда не надо заканчивать его историю за него. Ты отвечаешь за свою. Перед уходом он сказал, что на следующий день сам встретится с Михаилом Андреевичем и готов повторить всё официально. Вера не знала, будет ли это считаться справедливостью спустя двадцать два года. Но впервые тайна перестала быть подозрением. У неё появился голос виновного.