📌 Сколько на самом деле зарабатывают Актёры?! (И почему принц Датский по утрам работае...
📌 Сколько на самом деле зарабатывают Актёры?! (И почему принц Датский по утрам работает медведем) Зрители имеют одну занятную иллюзию. Им почему-то кажется, что если человек ходит по сцене в бархатном камзоле, а в конце ему несут розы размером с баобаб, то после спектакля этот человек садится в личный лимузин и едет ужинать устрицами. Срабатывает магия кино: там ведь платят миллионы за смену, значит, и в театре гонорары такие, что можно прикупить небольшой островок в Эгейском море. Ах, оставьте эти буржуазные фантазии! Театральная бухгалтерия — это вам не Голливуд. Это строгая, почти мистическая организация, где талант измеряется не слезами зрителей, а разрядами. 🔖 Табель о рангах, или Бедность первой категории Когда молодой, румяный выпускник театрального училища, с томиком Чехова под мышкой, переступает порог отдела кадров, государство смотрит на него строго и присваивает ему «Вторую категорию». Звучит гордо, почти как дворянский титул. А на деле это оклад, на который можно роскошно жить примерно три дня. Если повезет и в театре хорошая столовая — четыре. Дальше идут надбавки за выходы на сцену. Сыграл кушать подано — получи свои 500 рублей. Сыграл дерево в третьем акте — еще немного звонкой монеты. Далее, если актер не умер от голода и интриг, он становится актером Первой категории, затем Высшей, и наконец — Мастером сцены. Оклад Мастера сцены в провинциальном театре позволяет ему купить не только хлеб, но и немного масла, чтобы намазать его на свои былые амбиции. 🔖 Ричард III по вечерам, Ростовая Сосиска по утрам И вот тут начинается самое интересное — великая и ужасная Халтура. То, что спасает российское искусство от вымирания. Вы плачете на вечернем спектакле, когда главный герой трагически заламывает руки, прощаясь с любовью всей своей жизни. Вы верите каждому его слову. Вы не знаете одного: всего три часа назад этот гений драмы потел внутри ростовой куклы Губки Боба на открытии торгового центра в Бутово. И заламывал руки он там же, потому что аниматору недоплатили две тысячи рублей. У театрального актера есть жесткая сезонность выживания: 1. Новогодний чес. Декабрь кормит весь год. За один месяц актер может сыграть Деда Мороза сорок раз. Он ненавидит посох, ватную бороду и хороводы, но терпит. Потому что на эти деньги он купит жене зимнюю резину, а себе — новые туфли для сцены. 2. Корпоративы. Высший пилотаж — стать ведущим у нефтяников. Средний — проводить конкурсы с карандашом и бутылочкой для бухгалтерии завода металлоконструкций. Актеры делают это блестяще, используя весь арсенал школы Станиславского, чтобы сделать вид, что им это нравится. 3. Съемки в массовке и эпизодах. Роль «Труп номер три в сериале "Менты возвращаются"» — это не позор, это оплаченная квитанция за ЖКХ. 🔖 Зачем тогда они туда идут? Возникает резонный вопрос. Если денег нет, конкуренция бешеная, а в перспективе — радикулит от сквозняков за кулисами, то зачем, граждане, они вообще идут в этот театр? Не проще ли пойти в управдомы? В том-то и фокус. Театр — это изящная форма шизофрении, не поддающаяся лечению. Никакой оклад, никакая премия и никакие золотые горы не заменят той секунды, когда в зале гаснет свет, воцаряется абсолютная, звенящая тишина, и триста человек перестают дышать, ожидая твоего первого слова. В этот момент актер — не бедный бюджетник с ипотекой. В этот момент он — Бог. Он управляет их слезами, их смехом, их сердцами. А ради того, чтобы побыть Богом хотя бы два часа вечером, можно утром и Губкой Бобом поработать.