Пехота сама себя съела...
Пехота сама себя съела... В 1612 году польско-литовский гарнизон в Кремле оказался в кольце осады — и голод быстро превратил жизнь оккупантов в кошмар. О происходящем в своих мемуарах подробно рассказал очевидец тех событий, полковник Юзеф Будзило. Его записки — редкий и страшный документ, где личная трагедия переплетается с большой историей Смутного времени. Думаю, это не просто хроника лишений, а свидетельство того, как люди превращаются в нелюдей. По словам Будзило, ситуация была ужасной: «Ни в каких летописях, ни в каких историях нет известий, чтобы кто-либо, сидящий в осаде, терпел такой голод». Шляхтич шаг за шагом описывает, как иссякали источники пищи: «…Съели траву, корни, мышей, собак, кошек и падаль, затем перешли к пленным, а после начали выкапывать умерших». Дальше ситуация стала ещё страшнее: «Пехота сама себя съела и ела других, ловя людей... Поручик пехотный Трусковский двух сыновей съел... Гайдук один также сына съел, второй (гайдук) — мать... Кто кого одолел, тот того и съел, здоровый больного извёл... Один мой товарищ съел слугу... Отец сына, сын отца не щадил. Господин не был уверен в слуге, слуга в господине». Показателен эпизод с судебным спором, когда один гайдук присвоил тело умершего товарища, родственник покойного стал требовать «права» на труп. Спор дошёл до суда. Будзило пишет: «Ротмистр Леницкий не знал, какой вынести приговор, и, опасаясь, что проигравшая сторона из мести съест самого судью, просто бежал с судейского места». И это неудивительно, когда читаешь дальше: «Люди в отчаянии грызли землю под собою, грызли свои руки, ноги, своё тело, а кто‑то даже пытался грызть камни, умоляя господа превратить их в хлеб». Удивительно другое. В это же самое время в осаждённом Кремле находились инокиня Марфа (в миру Ксения) и её 16-летний сын, будущий царь из рода Романовых, Михаил Фёдорович. Как поляки не додумались его сожрать — одному богу известно. Тени в ТГ
Канал в каталоге MAXimeter
1 227 подписчиков · Прочее