«Он же хороший»: Депутат Луцкан перепутал демократию с доверием к начальству
«Он же хороший»: Депутат Луцкан перепутал демократию с доверием к начальству Депутат Ил Тумэна, единоросс Иван Луцкан ожидаемо (другого не дано) поддержал попытку убрать из Конституции Якутии запрет избираться главой республики больше двух сроков подряд. Его аргумент прост: если есть человек, который хорошо руководит, зачем его ограничивать? Решение всё равно за избирателями. На первый взгляд это звучит демократично. На деле — опасно. Лимит на переизбрание существует не потому, что избирателям не доверяют. Он нужен потому, что демократия — это не только выборы, но и заранее установленные пределы власти: политическая конкуренция, сдержки и противовесы, ротация и правила, одинаковые для хорошего, плохого, популярного и непопулярного руководителя. Это не сам принцип разделения властей, но логика та же. Ограничения прописывают заранее — пока руководитель всем нравится, а не тогда, когда снимать его уже поздно. Продолжим рассуждение Луцкана. Если руководитель хороший, зачем ограничивать его полномочия? Если ему доверяет большинство, зачем сильный парламент? Зачем независимый суд? Зачем Конституция вообще устанавливает запреты, процедуры и пределы? Пусть правит, а народ когда-нибудь решит. Такой подход разрушает саму идею ограниченной власти. Причем этот запрет придуман не якутской оппозицией и не против Айсена Николаева. Венецианская комиссия Совета Европы прямо объясняет: действующий руководитель со временем получает огромное преимущество перед конкурентами, а лимит на сроки не допускает чрезмерной концентрации власти (диктатура) и сохраняет более равные условия конкуренции. Человек, десять лет занимающий высшую исполнительную должность, и его соперник выходят на выборы не из равных условий. У одного — узнаваемость, управленческая команда, связи, статус действующего главы. Это само по себе не доказывает злоупотреблений. Но именно поэтому ограничения ставят заранее, а не после того, как они уже понадобились. Так делают в большинстве стран. В США президент избирается максимум дважды; традицию заложил еще Джордж Вашингтон. Во Франции — максимум два срока подряд. В Бразилии президент, губернаторы и мэры могут переизбраться только один раз подряд. В Южной Корее — один пятилетний срок без права переизбрания. В Мексике — после одного срока на этот пост уже нельзя вернуться. Ограничения президентских сроков содержат более 80% действующих конституций президентских и полупрезидентских государств. Это механизм регулярной смены власти и страховка от диктатуры. Поэтому у вопроса «если человек хорошо руководит, почему мы должны его ограничивать?» есть простой ответ: именно поэтому. Конституция пишет правила не под конкретного хорошего человека, а на десятилетия вперед — для любого, кто окажется у власти. Футболисты сами определяют победителя на поле. Но из этого никто не делает вывод, что ворота, границы поля и продолжительность матча можно отменить — пусть игроки сами разберутся. И это особенно важно помнить законодателю: демократия — это не только выборы, но и ограничения для тех, кого на выборах избрали. Конституция начинается там, где заканчивается аргумент «ну он же хороший, зачем его ограничивать?». Для депутата Луцкана это уже не простота взглядов, а опасное непонимание смысла Конституции. И показательно, что человек, участвующий в создании законов, демонстрирует непонимание базовых правовых норм, на которых держится современное государство. Если у вас плохо прогружаются видео и фото, все новости ТОРБОЗНОГО РАДИО также доступны в канале MAX, ДЗЕН и ВКонтакте