Как-то мимо нас прошло англоязычное интервью Владимира Познера какому-то западному изда...
Как-то мимо нас прошло англоязычное интервью Владимира Познера какому-то западному изданию (какому — писать не буду, вдруг вражины). Суть в том, что на иностранном Владимир Владимирович был куда откровеннее, нежели в интервью для русской аудитории. Суть такая, перевожу: «Делать в данном случае заявление, которое было бы, скажем, критическим по отношению к войне, — ничем не поможет… Это не остановит войну. Это может быть опасно для меня, но это второстепенно… Мне 92 года, и я прожил долгую, полноценную жизнь… Я ничего не боюсь. Но у меня есть родственники, и я не хочу, чтобы они пострадали из-за того, что я мог бы сказать… Но что еще важнее, я действительно не думаю, что важно, что именно я скажу… Вы просто хотите какую-нибудь сенсацию, чтобы потом сказать: „Владимир Познер сказал то, это и еще вот это“… А в такие игры я не играю». Не нужно же ничего объяснять после этой расшифровки самого важного фрагмента из интервью? Всем же всё понятно? Оттуда и гастроли с Ургантом по Европе и США.