Выступление президента Турции Эрдогана в ООН, равно как и всё, что его сопровождало до ...

Выступление президента Турции Эрдогана в ООН, равно как и всё, что его сопровождало до и после, находилось в фокусе непрерывного, буквально поминутного, внимания турецких СМИ. Со всеми этапами и промежуточными остановками на камерах прямого включения: летит, приземляется, спускается по трапу, едет, выходит, идёт, стоит, говорит и т.д. В таком внимании — как особенность турецкой культуры, где уважают площадки, трибуны и выступления, так и текущий момент — выступление Эрдогана происходит на фоне, по сути, стартовавшей выборной кампании — 2028, а посему смотрится уже программным, развёрнутым на все 360 градусов турецкой политики. Ни о каких 15 минутах регламента изначально речи идти не могло… Ключевой сюжет в выступлении Эрдогана, достаточно традиционно, — это Газа. Анкара продолжает держать эту тему на первом плане, обвиняя Израиль в продолжении оккупации и настаивая на признании Палестины в границах 1967 года со столицей в Восточном Иерусалиме. Позиция предсказуемая, но важная — она остаётся становым хребтом турецкой риторики на международных площадках уже который год. Другая несущая конструкция турецкой внешней политики — это в очередной раз прозвучавшая от Эрдогана формула «Мир больше пяти» и требование реформы СБ ООН, на фоне того, что сама Организация, по словам турецкого лидера, «продолжает терять кровь». Тезис не новый, но каждое его повторение — это очередная заявка Турции на статус самостоятельного центра силы, а не регионального игрока, который лишь примыкает к чужим альянсам. В частности, из недавнего — оборонный союз с Пакистаном и Саудовской Аравией (даже если на практике он пока себя ещё и не проявил). Не мог обойти Эрдоган Россию и Украину. И тут снова по классике: завершение войны при сохранении «суверенитета и территориальной целостности» Украины, безопасность Черноморья и недопущение расширения конфликта. Очередная фиксация турецкой позиции — балансирование между Россией и Украиной в пользу, разумеется, последней. Отдельно обратил на себя внимание прямой призыв Эрдогана признать (частично признанную) Турецкую Республику Северного Кипра, который прозвучал достаточно жёстко. И это — тема, которая будет только обостряться на фоне споров в Эгейском море и Восточном Средиземноморье. Разумеется, был пассаж и про Европу — без Турции, по словам Эрдогана, невозможна полноценная архитектура европейской безопасности. Читается это как сигнал в сторону НАТО и ЕС: Анкара напоминает о себе именно тогда, когда Европа переосмысляет собственную оборонную конструкцию. И перечисленное выше — лишь главные тезисы президента Эрдогана в ООН, говорил он буквально обо всём — от Балкан и Африки до Южного Кавказа и Ближнего Востока. В полном смысле — программная речь, которая, вне всяких сомнений, турецкими СМИ (во всяком случае провластными) маркирована как «историческая», хотя и озвучивает знакомую турецкую линию: позиционирование себя как незаменимого хаба и посредника между Севером и Югом, Востоком и Западом, при сохранении многовекторности и без резких движений в сторону какого-либо одного полюса. А скорее — с попыткой сформировать собственный полюс, невзирая на продолжающиеся не один год экономические трудности в самой стране. @turkey_is