БУКЕТ НА КУХНЕ
БУКЕТ НА КУХНЕ На столе на кухне в вазе стоял букет. Эустомы. Я срезала их в саду вчера вечером, и сегодня утром они мне казались неуместными в своей торжественной красоте здесь на кухне. Высокие, с бархатистыми, словно восковыми лепестками, они стояли, гордо выгнув стебли. Их нежно-розовый, белый, лимонный цвет казался мне последним криком уходящего лета, а может осени. - Ты не опаздаешь на работу, - сказал мне муж, проходя мимо. Октябрь. Тот самый момент, когда осень потихоньку превращается в честную осень - в мокрую, серую, безликую. Перестаёт быть золотой и нарядной. За окном в саду яблони уже начинают сбрасывать листву, и их ветви на фоне неба, как трещинки на старой фарфоровой чашке. Только цинии ещё цепляются за жизнь, но и они уже выглядят устало, словно им уже нечего сказать друг другу. - На работу, на работу, - заставляла себя я, - а взгляд упорно возвращался на цветы. Я смотрела на эустомы и думала о том, как всё быстро проходит. Вот только что, кажется, был май. Всё цвело, пахло, мир был полон обещаний. Я сажала рассаду, и руки пахли землёй. Казалось, что впереди целая вечность. Целое лето, которое никогда не кончится. А потом, словно в ускоренной съёмке, промелькнули июльские дни, августовские вечера, и вот уже октябрь. Уже последние цветы. Уже я стою в тёплой кофточке и думаю, что скоро надо возвращаться в город. Но дело не только во временах года. Жизненные циклы. Они проходят так же быстро, как весна, лето, осень и зима, а порой и быстрее. Ведь совсем недавно я держала на руках свою младшую дочь - крошечный комочек, от которого пахло не только молоком, но и безмятежностью. Казалось, это было вчера. А сегодня она измеряет расстояние между нами не шагами, а километрами и временем. Я вспомнила родителей. Мама и папа. Они были молоды в моей памяти, сильны, способными решить любую проблему. Отца уже давно нет, шаг моей матери стал тяжелее. Это так же неизбежно, как и то, что за осенью придёт зима. Неизбежность... - Ты почему смотришь в одну точку за окном? - Да что с тобой сегодня? - спросил муж. - Всё нормально, это всё цветы, не надо было их срывать. Работа, друзья, увлечения, мечты... Всё имеет свой срок. Мы что-то создаём, во что-то верим, к чему-то стремимся, а потом... потом это становится прошлым. Остаётся лишь лёгкая грусть и воспоминания, как запах этих эустом, который уже начал выветриваться из кухни. А может мне почудилось, и они вообще не пахли? Так и хочется поддаться этой тоске. Никуда не ходить, закутаться в плед, поставить грустную музыку и жалеть себя, глядя на этот последний букет. Жалеть об ушедшем лете, об ушедших годах, о том, что уже не вернётся... - Стоп, - сказал мне кто-то внутри меня, - хватит. Хватит ныть. Я подошла к столу и поправила одну из эустом, случайно сбившуюся на бок. Её стебель был упругим, а лепестки всё ещё держали форму. Они не унывали. Они просто делали то, что должны были делать - цвели. Ярко, красиво, до самого конца, до победного конца. И в этом была мудрость, своя мудрость, их мудрость. Да, всё проходит. Времена года, мода, молодость, обиды, радости, пройдёт и грусть. Но разве в этом трагедия? Трагедия была бы, если бы ничего не менялось. Если бы мы застряли в одном мгновении, как муха в янтаре. В том прибалтийском янтаре та муха, на которую я смотрела этим летом в отпуске, и мне её было жаль... Но жизнь - это река, а не болото. И её течение - это движение. Так может этот букет не напоминание о потери лета. Может он свидетельство о его жизни. Его финал. Его последний, самый пронзительный аккорд. Эустомы не плачут о том, что скоро завянут. Они просто светятся своей красотой здесь и сейчас, в этой серой октябрьской кухне, даря тепло и наполняя её цветом. Продолжение ⬇️